Большие страсти малой сцены

Отправить эл. почтойОтправить эл. почтой

Донецкий государственный академический музыкально-драматический театр снова радует своих почитателей премьерой. В этот раз публике предложен не совсем традиционный спектакль – «Двое на качелях». Метод «театра-круга», использованный в постановке режиссером Петром Демченко, в донецкой муздраме представлен впервые. И смелый эксперимент благодаря талантливому воплощению и безукоризненной актерской работе обернулся очередной победой нашего театра!

театр - круг

Букет экспериментов

Пьеса американского драматурга Уильяма Гибсона «Двое на качелях» давно внесена в золотой фонд мировой сцены. Не чужда она и русской традиции: еще в 1962-м воплощена Олегом Ефремовым в московском «Современнике», пользовалась успехом. В нынешнем году Галина Волчек возродила постановку, задействовав в спектакле Чулпан Хаматову и Кирилла Сафонова. Однако «Современник», да и многие другие театры, ставят «Качели» в традиционном, классическом формате – на большой сцене. Донецкая муздрама и ее режиссер Петр Демченко рискнули сразу на несколько экспериментов: во-первых, произведение перенесено на малую сцену; во-вторых, при его постановке взят за основу принцип «бедного театра» Бертольда Брехта, то есть декорации и реквизит минимальны, а то немногое, что все-таки используется, доведено до символа. Кроме того, донецкая публика через данный спектакль получила возможность ощутить на себе завораживающую близость «театра-круга».

«Театр-круг» – авангардный метод, введенный в сценический диапазон польским драматургом Ежи Гротовским. Он подразумевает полное отсутствие кулис и заднего плана. Зрители располагаются непосредственно вокруг сцены малого диаметра, поэтому перед актером стоит нелегкая задача: представить свой образ, постоянно находясь спиной к части аудитории. Порой у зрителя рождается иллюзия собственного участия в спектакле, настолько плотный создается контакт с артистами.

Большое яблоко

Действие пьесы происходит в Нью-Йорке. Город большого яблока – таково известное прозвище американского мегаполиса. По одной из версий, так окрестили Нью-Йорк джазовые музыканты, у которых была пословица: «На древе успеха много яблок, но если тебе удалось завоевать Нью-Йорк, тебе досталось самое большое яблоко». И примечательно, что этот фрукт играет в постановке донецкого театра самостоятельную символическую роль, ярким красным пятном выделяясь среди черно-белой гаммы спектакля. Помимо нью-йоркского, яблочный образ, как и любой символ, обрастает дополнительными смыслами, и один из них – мотив Эдемского сада.

Дело в том, что все два сценических часа спектакль ведут лишь двое актеров – мужчина и женщина, – отчего создается ощущение, будто они единственные люди на свете, Адам и Ева. А телефонный провод, рождающий бесконечные турбулентности в их отношениях, по словам самого героя, извивается у них под ногами змием-искусителем.

«Выбросить хлам из дома…»

Как я уже отмечал, оформление спектакля умышленно минимизировано. Сценический круг поделен условно на два сегмента – комнаты героя и героини, – между которыми неким серым помостом громоздится довольно объемное квадратное подобие кровати, символически соединяющее это двоемирие.
По краям «комнат» одиноко высятся вешалки-манекены, облаченные в костюмы, символизирующие занятия героев: адвокатскую мантию Джерри Райана (заслуженный артист Владимир Швец) и пелерину танцовщицы Гители Моски (Анна Якубовская-Васина).

Все остальные предметы, необходимые для действия, актеры изображают посредством пантомимы, и это, по замыслу режиссера, избавляет постановку от избыточного захламления, оставляя в поле зрения исключительно психологию отношений.

Высокое напряжение оголенных проводов

Гитель и Джерри – два одиночества, случайно сближенные нью-йоркским «яблоком». Два космоса, заключенные в скафандры собственных проблем, неудержимо тяготеют друг к другу, но при столкновении отскакивают в разные стороны, словно бильярдные шары. Образ качелей, вынесенный автором в название, – наиболее значимый символ пьесы. Эмоциональные колебания от плюса к минусу и обратно задают действию монотонно напряженный пульс. Герои, словно на параллельных качелях, проносятся друг мимо друга, неуклонно стремясь к сближению и так же неумолимо проносясь мимо и снова разлетаясь в противоположные стороны.

Гитель, танцовщица без гроша в кармане, с массой творческих прожектов, которые в силу ее сомнительного таланта и безденежья лопаются мыльными пузырями. Притом с язвой желудка. У Джерри тоже язва, но глубоко психологическая. Брошенный женой некогда успешный адвокат из Небраски, стремящийся начать новую жизнь, но робеющий погрузиться в новые для него законы Нью-Йорка и по-прежнему любящий неверную супругу. И это лишь часть его изломов…

Психологизм отношений героев, предельно искренний, сокровенный, доведенный до неприглядной обнаженности, требует от актеров чудовищного напряжения. По словам Владимира Швеца, после спектакля они с Анной по три часа не могут прийти в себя. Но именно такое выворачивание наизнанку глубже трогает зрителя, достает до дна. Каждый, боясь себе в этом признаться, частично узнает в одном из героев себя…

Однако, несмотря на предельную заостренность, произведение оптимистично. Герои, измотанные параллельными качелями, постепенно осознают, что в этой борьбе одиночеств каждый из них окреп и избавился от части своих язв. Мучая, они, сами того не сознавая, лечили друг друга. И именно в тот момент, когда напряженность коллизии достигает апогея и развязка обещает быть весьма драматичной, вдруг с шумом взрывается воздушный шар, прикрепленный к вешалке с платьем Гители. Символически лопается напряженность действия – и влюбленные застывают в объятиях друг друга.

Финал, естественно, открытый. Можно, конечно, предположить, что герои наконец спрыгнули со своих качелей навстречу счастью, но, боюсь, такая трактовка будет слишком прямолинейной. Впрочем, и она не исключена. В том и прелесть спектакля: каждый найдет в нем то, что ему созвучно. И наверно, немного просветлеет. А иначе для чего тогда актеры выжимают перед нами свои души?!.

Волкова Наталья

Наталья ВОЛКОВА, генеральный директор – художественный руководитель Донецкого государственного академического музыкально-драматического театра:

– Это произведение давно было в репертуарном портфеле нашего театра, и я очень рада, что нам удалось воплотить в жизнь нашу давнюю мечту. В этой постановке задействованы всего два актера, у которых ранее не было практики работы на малой сцене. Это одни из ведущих артистов нашего театра. Им близка «школа переживания», поэтому актерские работы у них получились очень хорошие. В произведении показаны человеческие взаимоотношения: любовь, предательство, разные взгляды на жизнь. В нем, на мой взгляд, каждый может увидеть себя. Но самое главное для меня то, что такой спектакль увлекает, ведет за собой, помогает абстрагироваться абсолютно от всего, и это делает его как никогда актуальным сейчас.

Роман Карпенко для Донецкого времени

вКонтакте | в FaceBook | в Одноклассниках | в LiveJournal | на RuTube | на YouTube | Pinterest | Instagram | в Twitter | 4SQ | Tumblr | Google + | Telegram

All Rights Reserved. Copyright © 2009 Notorious T & Co
События случайны. Мнения реальны. Люди придуманы. Совпадения намеренны.
Перепечатка, цитирование - только с гиперссылкой на http://fromdonetsk.net/ Лицензия Creative Commons
Прислать новость
Reklama & Сотрудничество
Сообщить о неисправности
Помочь
Говорит Донецк