Ramil

Дожить до зимы

Дончане в ожидании окончания боевых действий, но скорее всего город ждёт самая суровая зима в его истории.

Фразу “Когда всё это кончится?” в Донецке даже лишённый артистизма человек сумеет произнести с дюжиной различных интонаций. От риторического восклицания до робкой надежды. Но непосредственно ответ на вопрос услышать трудно. Безусловное желание скорейшего завершения конфликта разбивается о суровую реальность.

Какие же, хотя бы умозрительные, сроки могут назвать изнурённые и измотанные тревогой жители города?
Через месяц. Очень распространённый период, скорее эмоциональный, чем основанный на реальных фактах.

“На месяцок, переждать, когда тут всё стихнет” уезжали ещё в мае. Гораздо больше в июне. И львиная масса в июле. Сейчас, в начале августа, многие уезжают и по привычке загадывают на такой же временной отрезок, апеллируя к началу учебного года в сентябре и прочим привычным вещам из мирной жизни. Война многими всё ещё воспринимается как недоразумение, ради которого, так уж и быть, можно было пожертвовать летними месяцами. Но осенью надо возвращаться к рабочим местам, и поэтому — хватит!

Парадокс, но мирные жители Донбасса ещё не вполне осознали, что процессами управляют совсем другие силы. Правда, насчёт нового учебного года их уже успели разочаровать, предупредив, что начнётся он, скорее всего, в октябре. Ещё правильнее — не раньше октября.

Куда более оптимистичный, но гораздо реже встречающийся прогноз — всё кончится буквально на днях.

Самые горячие головы связывают скорый финал противостояния на Донбассе с каким-нибудь экстраординарным событием, вроде случившегося падения самолёта, очередного вердикта Совета Безопасности ООН, результата тайных переговоров на самом верху, после чего сильные мира сего скажут: “Хватит!”.

Беги, Донецк, беги!

Столичные власти посоветовали дончанам бежать из города, чтобы не пострадать в результате штурма. Но как сделать это, не пояснили, пишет донецкий журналист Рамиль Замдыханов в колонке, опубликованной в №32 журнала Корреспондент от 15 августа 2014 года.

Неделя началась для Донецка с заявления спикера информационно-аналитического центра СНБО Андрея Лысенко о том, что в скором времени город будут штурмовать, поэтому его населению следует эвакуироваться. Сказано это было почти мимоходом, с лёгкостью, которой позавидовала бы домработница Фаины Раневской, чуть было не забывшая о грядущем конце света в ближайший четверг.

Интересно, что, предупредив о необходимости эвакуации, представитель СНБО посчитал, очевидно, свою работу выполненной, предоставив потенциальным беглецам столь важную в нашей жизни свободу выбора.

«Спасение утопающих — дело рук самих утопающих», — продолжим цитировать крылатые фразы, неизбежно приходящие на ум после брифинга представителя ведомства, в названии которого безмятежно находится слово «безопасность». Видимо, теперь, по мнению «безопасников» всей страны, каждый здравомыслящий житель Донецка должен самостоятельно сесть на какое-нибудь безопасное транспортное средство, приехать на нем в какое-либо безопасное место и поселиться там на какой-то неопределенный безопасный срок.

Никакого более конкретного выхода из анонсированной ситуации предложено не было. Но в любом случае это гораздо лучше существующего мнения, что все, кто хотел, из Донецка уже давно выехали и поэтому отвечать за желание оставшихся и рискующих своими жизнями государство в общем-то не обязано. В неразберихе, сопровождающей любой массовый исход, тонут рациональные аргументы. А они есть, несмотря на то что после фразы «услышать Донбасс», по законам сложившегося в стране жанра исторической трагикомедии, ещё долго будет звучать циничный закадровый смех.

Отбросим в сторону аргументы о детях и лежачих стариках — эти доводы уже давно воспринимаются определённой частью общества как шантаж и откровенно игнорируются. Пока создаётся впечатление, что наиболее немощных отдали на откуп благотворительным фондам и волонтёрам. Тоже выход. Самое главное, чтобы те, кого не успеют вывезти (а всех не успеют — можете не сомневаться), потом не поставили в вину тем же волонтёрам, не оправдавшим возложенных на них надежд.

День, когда погиб Цой

День, когда погиб Виктор Цой я хорошо запомнил, но перед этим нужно сказать, что его поклонником я в те времена не был, больше скажу - он меня бесил.

Вернее, не столько Цой и его песни, сколько реакция моих сверстников - юношей лет 20 или около того. Которые в какой-то момент вдруг бросали выпивать и веселиться, а звали, допустим, Виталика Курченко, чтобы он что-то спел из "Кино". Магнитофону тогда уже были и даже почти у всех, но ценилось, чтобы вот так - под гитару.

И через секунду, после того, как Виталик начинал что-то про "О-о-о-о, моя девочка больна..." до того веселая компания превращалась в сонм страдальцев о чем-то непознаваемом.

Отпускало их минут через 30, которые были безнадежно вырваны из очередного праздника жизни.

Приходилось ждать.

15 августа 1990 года я был в Болгарии в составе студотряда, который в г. Пазарджике помогал нашим союзникам консервировать огурцы, помидоры и персики. К слову, столько персиков, как в том году я не съедал больше никогда.

В Болгарию мы, советские люди, ехали с разным багажом. Кто-то, как я повез туда бутылку "Столичной", чтобы продать. Кто-то, более информированный брал с собой кофе - в зернах или растворимый.

Один день из жизни Донецка: Свой чужой город

Просыпаюсь от звука газонокосилки. Незнакомая квартира. Чужой район. Непривычный вид из окна. Ночую тут впервые. Из своего района пришлось переехать из-за бомбёжки. Или обстрела. Не знаю, как правильно сказать, чтобы не прослыть профаном. Человек на мини-тракторе ездит по газону, оставляя за собой ленту аккуратно подстриженной травы.

Я думаю о том, что ему, как и мне, наверное, тоже было страшно просыпаться, но он встал часа два тому назад, когда ещё было темно. Пошёл на работу и теперь вот выписывает на газоне сложные пируэты, объезжая деревца и кусты. Думаю об этом, и становится легче.

Интересно — ради чего он рискует, сколько получает? Наверное, гораздо меньше того парня в интернете, который сказал вчера, что население Донбасса само виновато в происходящем и поэтому его ни капельки не жалко. Даже если убьют.

Просыпаться действительно страшно. Вернее, неприятно. Как после попойки или скандала, когда через минуту после пробуждения приходит осознание реальности. Вспоминаешь, что всё это по-настоящему. И война тебе не снится, а как раз наоборот. Снился мир. Но его нет.

Кроме пробуждений другое неприятное на этой войне — работать частным информационным агентством. Причём не по своей воле, а так, в силу сложившихся обстоятельств. Это когда тебе звонят или пишут многочисленные знакомые из разных концов земного шара и спрашивают: “Рассказывай, что там у вас?”.

Рассказать, в общем-то, несложно, всю фабулу можно уместить в паре неприличных слов. Но когда раз за разом, то утомляет. Ещё хуже, когда интересуются, когда это закончится и чем. Не знаю, ну откуда мне знать. Сегодня мне кажется, что это не закончится никогда, раз уж началось. Но это нервы и усталость. Усталость от пустоты.

Говорить о том, что Донецк опустел и замер, — стало уже общепринятым. Когда-то замёрз и превратился в глыбу льда Ниагарский водопад. Посмотреть на это зрелище приезжало довольно много народу. Странно, но в сегодняшний Донецк не стремятся толпы туристов. А зря — редкое зрелище.

Тем, кто сумеет его пережить, определённо будет, чем похвастаться перед собеседниками. “А помните Донецк?” — “Да, мне ли не помнить! Я там как раз жил в эти дни”. И дальше огорошить слушателей парой непридуманных историй для усиления эффекта.

Про русского друга Мишу и 300 лет ига

В институте был у меня хороший друг Миша Кондратов. Человек весьма неординарный, закончил институт с красным дипломом (причем честным), а после куда-то пропал.

Способностей был незаурядных, но или не нашел себя в эпоху бурного накопления капиталов, а может это мы его потеряли, а он сейчас где-то на Сейшелах забывает русский язык.

Речь не о том. А речь о том, что у нас с ним, после, примерно, пол-литры на рыло, всегда случался один и тот же разговор. Вернее случался один и тот же его короткий, но выразительный монолог, в котором я играл роль статиста, ибо спорить с Мишей Кондратовым было насколько опасно, настолько и бессмысленно.

- Да-а-а-а-а, крепко вы ебали нас триста лет, - говорил мне Миша, апеллируя к моей безусловной ответственности за злодеяния татаро-монгольских захватчиков.

Говорил он это без злобы, а с определенным уважением к ехидной выносливости восточного этноса.

Я виновато поводил плечами, дескать, да, был грешок, не сдержались в свое время, и рады бы забыть, да куда уж теперь.

После этого моего актерского жеста Миша особо пристально вглядывался мне в глаза и с удовлетворением ставил точку:

- Но потом и мы вас тоже хорошо!

Учились мы во время торжества интернационализма и потому, в честь исторического паритета межнациональных коитусов, немедленно выпивали еще по 100.

Это я к тому, что не отличить пораженье от победы уже в наших реалиях не получится еще долго, и, по крайней мере, половину монолога кому-то в этой стране доведется произнести.

А кому-то и услышать.

Про двойные стандарты и сиамских близнецов

Девушки вы наши дорогие с маникюром во втором поколении. Да, и мальчики такие же. Ну какой же такой непонятный инсайт в вами произошел, что вы вот так безапелляционно делите людей на себя и быдло? Марии, вы наши, Антуанетты, из третьего подъезда, от лифта направо, в лужу не вступи, только.

Я вот что подумал. Киевские интеллигенты постоянно упрекали донецкое быдло, тем, что в столице могут выкатить толпу в миллион неравнодушных, а в Донецке на какой-нибудь митинг на площадь придет жидкая проплаченная тусовка и все. Ну, вот в Донецке пришла миллионная толпа, но не на площадь, а на избирательные участки. Но это же говорит о более высокой политической культуре населения или я опять заблуждаюсь?

Мария и Дарья Михайловны Кривошляповы сиамские близнецы.

Сёстры Мария и Дарья родились с двумя головами, четырьмя руками и тремя ногами. Их спинные хребты были соединены под углом в 90 градусов. Врачи сказали их матери, что они умерли от пневмонии, и забрали их.
В течение 20 лет сёстры были «подопытными кроликами» для исследователей столь редкого случая dicephales tetrabrachius dipus. Одевали их только для газетных фотографий. Ходить сёстры научились после многолетних тренировок, при этом каждая из них контролировала свою ногу. Третья нога была ампутирована в период подросткового возраста сестёр. Даже с костылями они могли передвигаться только очень медленно, каждый шаг требовал значительных усилий. Вследствие этого сёстры не были трудоспособны и жили на инвалидную пенсию.
В 1989 году они переехали в собственный дом в Москве. На предложение хирургов о разделении ответили отказом. Незадолго до смерти по приглашению одной французской фирмы они посетили Париж.

Ближе к концу их жизненного пути всё сильнее начало сказываться на здоровье заболевание алкоголизмом. Так, Мария и Дарья страдали от цирроза печени и отёка лёгких. После многих лет борьбы против зависимости от алкоголя у Марии произошла остановка сердца, около полуночи 13 апреля 2003 года. На утро, из-за жалоб живой сестры на самочувствие, «спящую» Марию и Дарью госпитализировали, затем была выявлена причина смерти Марии — «острый инфаркт». Но для Дарьи она оставалась крепко спящей. Так как сёстры Кривошляповы имели общую кровеносную систему, спустя 17 часов после смерти Марии, в результате интоксикации, наступила смерть и Дарьи.

Я как человек, который всегда ищет возможность для компромисса, просто удивлен какой-то исторически предопределенной косностью киевских властей. Только Кравчук был гибкий, за что его до сих пор зовут в телевизор. А остальные – суровые и несгибаемые как кочерга.

Ну, взять сегодняшний казус. Вот первых двух часов было достаточно, чтобы понять – явка на референдум будет неожиданно высокая. И идут не люди в балаклавах, а жители городов и сел массово. Так, перестройся ты, измени риторику и темники. Скажи, мы уважаем желание жителей Юго-Востока видеть перемены в стране, мы приветствуем их гражданскую активность. Правда, их активность плохо согласовывается с существующим правовым полем, но это детские болезни молодого украинского государства. Поэтому мы призываем жителей юго-востока проявить такую же активность и 25 мая, прийти и проголосовать за своего кандидата, а уж новоизбранный легитимный президент страны, в тесном контакте с лучшими представителями общественности юго-востока, выработает шаги во внутренней политике, которые позволят совершить грамотную и корректную имплементацию результатов сегодняшнего референдума.

Но нет. А никто не пришел. А на самом деле сто человек ходило по кругу по всей области. А тупорылые сепаратисты. А у меня сосед алкаш пошел, а больше я там никого не видел. Да под дулами. Да незаконно все. Непозволимнепозволимнепозволим! И так далее, и так далее…

Скорблю.

В защиту стиральных машин активаторного типа

Я хочу выступить в защиту стиральных машинок активаторного типа, которыми упрекают заскорузлый Донбасс.

Оказывается у нас их до сих пор делают на заводе ПАТ Электробытприбор, Мариуполь, чем тянут страну в самый конец ооновского списка обеспеченности населения стиральными машинками автоматами.

Быть в конце любого ооновского списка, как вы понимаете, дело постыдное. Я когда узнаю, что Украина где-то там опять волочится, не насобирав на красивый рейтинг, потом не могу уснуть всю ночь. Хорошо, вру. Ну, полночи точно не могу.

Пытаюсь оправдать, отчего мы опять в говне, в то время как весь цивилизованный мир...

Вот сейчас, в сознание закралась спасительная мысль, что в стране уже 23 года капитализм и каждый сам кузнец своего счастья, как нас учат мудрые адепты либеральной экономики.

Радуга над городом встала

Радуга над городом встала

И тут одна как закричит: - Радуга! Ой, радуга, смотрите!

И весь троллейбус кинулся к окнам. Нет, правда весь: - Где, где радуга? А вот же, вот она! Вот!

За «Донбасс-Ареной», откуда-то из-за «Виктории» поднималась половина ее дуги и уходила куда-то в небо. Яркая. Сочная.

- Девушка, девушка, - не унималась одна, - вы же уже посмотрели, отойдите, дайте и мне посмотреть, мне выходить на следующей.

- Радуга, это хорошо, - мудро вещала другая. - Это к хорошим вестям.

Ее собеседница соглашалась с ней степенными кивками, словно была она индейский вождь.

Весь троллейбус прильнул к окнам. Даже мужчины, стесняясь своего любопытства, и те.

- Когда видишь радугу, надо желания загадывать, - кто-то вспомнил.

- Да, какое желание. Чтоб мир был в Донецке, чтоб войны не было. Но, не будет, радуга, видите какая, это к хорошим новостям, я точно знаю.

Господи, как же немного нам нужно, если разобраться.

Фото Анатолия Спицы

Тезисы апреля 2014

...если записать выпуск ТСН, а потом проиграть его в обратном направлении, то получатся "Новости" на Первом канале.

Статусы марта 2014

Я уже старый и я вот что помню: такие же длинные, раздутые, гипертрофированные выпуски вечерних новостей были на ЦТ во время Первого съезда народных депутатов СССР. И ничем хорошим это тогда не закончилось.

Тот факт, что новый виток украинской истории крепко замешан на откровенном мистицизме, еще ждет своего вдумчивого рационального исследователя.

Что меня действительно удручает, друзья мои, так даже не то, что уже совершенно понятно, что всех тут одурачили и развели. И что за ниточки дергали совершенно другие люди, и что их силуэты уже начинают прорисовываться.

И уж конечно не удручает меня тотальное пробуждение патриотических чувств, ну как я могу вас в этом упрекать, патриотизм прекрасен, чего уж там, не обращайте внимание на мой скепсис.

Меня печалит, что п.2 и п.1 как-то неуловимо связаны между собой, вот в чем истинная и глубинная печаль-то моя.

Ленты новостей

вКонтакте | в FaceBook | в Одноклассниках | в LiveJournal | на RuTube | на YouTube | Pinterest | Instagram | в Twitter | 4SQ | Tumblr | Google + | Telegram

All Rights Reserved. Copyright © 2009 Notorious T & Co
События случайны. Мнения реальны. Люди придуманы. Совпадения намеренны.
Перепечатка, цитирование - только с гиперссылкой на http://fromdonetsk.net/ Лицензия Creative Commons
Прислать новость
Reklama & Сотрудничество
Сообщить о неисправности
Помочь
Говорит Донецк