Дети

Цветы жизни. Дети. Детишки. Отпрыски. Воспитание. Потомки. Сын, дочь, родители.

В Бахмуте родители возмущены внезапным переводом школы на украинский язык

В Бахмуте (бывший Артемовск Донецкой области) разгорелся конфликт между родителями первоклассников и местными властями. Чиновники за три недели до начала учебы перевели школу №18 в статус украиноязычной.

Всего, по решению горсовета, 10 августа на госязык обучения перевели три школы - 14, 17 и 18. Родители последней возмутились тем, что их поставили перед фактом в столь сжатые сроки.

"Мы еще зимой писали заявления на поступление в русский класс. В июне нас опять опросили на предмет языка обучения, и родители выбрали русский язык. А 15 августа учителя объявили, что оба первых класса переводят на украинский язык", - рассказали Корреспондент.net представители родительского коллектива.
Всего 59 человек подписались под требованием оставить первые русские классы в школе №18, однако к соглашению стороны так и не пришли.

По данным родителей, ближайшие русскоязычные школы находятся далеко от них, и детей придется возить общественным транспортом. На что мэр города предложил выделить ученикам и сопровождающим их родителям бесплатные проездные.

Согласно закону о языковой политике в Украине, государственная школа обязана открывать классы на языках нацменьшинств, если на этапе формирования классов поступает достаточно заявлений от родителей (статья 20 пункт 4 закона).

Грустные воспоминания о лете 2014

Остановившись на 10 минут в Волновахе по пути в Донецке с Б.Косы возле какого-то кафе, водитель нашего микроавтобуса бойкой пташкой улетел в сторону кофе-пирожков, пенсионеры, крякая, вылезли из разморенного нутра тесного "Мерседеса" размять ноги, а я отошла от оздоровленной на жарком солнце Азовья толпы подальше покурить.

Мимо меня в сторону Б.Косы неслись автомобили. Каждый второй нес на лобовом стекле надпись "Дети". На стандартном листе А4 "Таймсом" или "Ариалом", курсивом или с завитушками, цветные и просто черные надписи. Родители явно готовились: набрав в Wordе четыре буквы, долго-долго шерстили шрифты и цвета.
Чтобы было поярче и повиднее...

Чтобы никто не выстрелил...

К слову, дети к надписям прилагались не везде. Видимо, им еще предстояло проехаться в авто с опознавательными знаками, требуя пояснений у озверевших от жары и невобразимой еще год назад ситуации родителей.

А еще - белые тряпочки на транспорте.

На автомобильных антеннах, на ручках, боковых зеркалах...

"Мы - мирные жители", мол.

Чтобы никто не выстрелил.

Из чего же делались эти белые флаги, дущераздирающе трепыхающиеся на ветру и словно кричащие "Не стреляйте!"?

Я насчитала с десяток этих белых флажков, сделанных из обыкновенных белых детских гольфиков.

Купленных заботливыми мамами задолго до 1 сентября, наверное.
Гольфики, которые девчонки-первоклашки не натянули на загорелые в последнее детсадовское лето ножки. Гольфики лежали в шкафу, дожидаясь начала учебного года. Явно где-то рядом до сих пор лежат осиротевшие белые бантики. Да и с 1 сентября все неясно.

Привязанный к антенне автомобиля детский наивный белый гольфик - это приговор всем взрослым, которые не спасли это лето.

И нечего пенять...

Яна Ткаченко

Несколько слов отца дочери

Как знают многие из вас, милые друзья, я отец замечательной дочери Екатерины (завтра ей исполняется семь лет, принимаются поздравления и подарки), поэтому в числе прочего регулярно слышу шутки на тему "готовь ружье", а также шучу их сам. Со временем я начал отмечать, что шутки эти все менее и менее для меня смешны, сколько их ни повторяй, поэтому решил задуматься, в чем же тут дело. Задуматься мне, понятно, помогают наличие пары ружей и перспектива приобретения второй пары.

Сама шутка простая — у тебя растет привлекательная дочь, поэтому готовь ружье. Предполагается, что адресат шутки далее и сам поймет, для чего ему ружье при дочери-подростке. Как и многие подобные конструкции, это манипуляция: мы тебе не скажем, додумай сам, но в предполагаемо очевидную сторону. Я же отказываюсь полагать и понимать такое очевидное и не спеша подумаю вслух. Уточню, предвосхищая деланное недоумение, — я понимаю, что это шутка, но в каждой шутке только доля шутки. Вот над другой — нешуточной — долей я и думаю.

Приступ первый, тот самый очевидный. Как мужчина я знаю, чего мужчинам в такой ситуации надо, хе-хе. Именно поэтому я никоим образом не должен допустить, чтобы с моей кровиночкой произошло это хе-хе. Ну, во-первых, это так или иначе произойдет. Во-вторых, что такое это хе-хе? Это очень просто.

Внезапно рядом с моей дочурой, которую я вот такой помню и на руках носил, нарисовывается какой-то щенок, на которого она смотрит с обожанием, и позволяет себе то, что немыслимо и недопустимо, а уж от мысли о том, чем они могут заниматься, оставшись без надзора... Хм. Кхм. По-моему, это ревность с весьма отчетливым душком того, о чем в приличном обществе не упоминают.
Уместно вспомнить здесь то, о чем предупреждают психологи: будет сделано все, чтобы оттянуть отцовскую агрессию. Это означает, что дочь будет просто молчать о ряде сторон своей жизни: что появился какой-то щенок, что он пропал, что появился второй, не такой, как первый, что второй ее обидел, а первый не вступился и вдобавок ославил шлюхой, что он сделал с ней что-то не то и так далее.

Удивительный донецкий контраст

Самое удивительное в этом всем, что к часу ночи, максимум к двум, все это окончательно стихнет. Ну, может, вдруг пальнут один раз еще в пять утра и все.

А утром город проснется, будто ничего и не было. Набьются троллейбусы людьми, заклацают компостеры, кому-то будет дуть, а кому-то, наоборот окажется жарко.
Магазины и рынки наполнятся покупателями, которые придирчиво станут ходит вдоль рядов, торгуясь за хороший товар, выбирая арбуз, оценивая его со всех сторон, будто на всю жизнь.

Продавцы обуви будут нервно реагировать на всякое существо нужного пола, чтобы прокричать ему: "Молодой человек, покупаем хорошие туфли, есть ваш размер".

Дети, ухватившись за родительские руки, будут волочиться рядом, клянча игрушку, сладости, невесть что еще, досаждая окружающим своими капризами и несносностью.

Все будет идти своим чередом, а в конце дня люди массово расстроятся, что вот - пролетели одним мигом выходные, а завтра понедельник, тяжелый день, а еще и начало августа, а значит лета остался только месяц, а потом опять осень, дожди и грусть.

И за всем этим, житейским и обыденным, никто особо и не вспомнит, что каких-то шесть часов назад стреляло, гремело и падало. И где-то обязательно случилась смерть у до того молодого и здорового человека, обязательно случилась, а иначе бы для чего это все затевалось.

Хотя, кто-то может и вспомнит.

- Ох, и гремело вчера, - скажет.

- Да, вчера очень громко было.

- Почем помидоры ваши?

- Вот тут написано же.

- Ну, хорошо. Взвесьте два килограмма, только красных, мне на салат...

Дворы детства

Это был обычный двор из пятиэтажек белого силикатного кирпича рядом с «Травмой». Небольшая полоска из белой акации отгораживала котельную с пыльными стеклами от домов и служила местом сбора местной пацанвы. Костер, картошка в черной горелой кожуре, первый выкуренный бычок, подобранный здесь же. Потом голос мамы, зовущей с балкона домой. Кто-то, видно, уже заложил. И непонятно откуда возникающая в ладони слива, поддержка друга, чтобы заесть. Дома ждали легкая порка и часовое стояние в «углу». Жизнь казалась бесконечной, наполнялась новыми впечатлениями и, к ужасу родителей, постоянно рассказывавших о цыганах, ворующих детей на мыло, посвящалась исследованиям окрестностей.

Сверху они выглядели приблизительно вот так:

донецкие дворы

О войне слышали редко от родителей, деда, дважды побывавшего в немецком плену, да из фильмов...

Внутридворовая посадка с акациями, сцена с грубо отесанными скамейками, молодой парень с зачесанными вверх волосами, аккордеон, "У незнакомого поселка, на безымянной высоте". Это о нашем земляке песня, между прочим. Только-только была написана Баснером и Матусовским. Помню до сих пор...

Еще один штрих той жизни. Мне было лет шесть. Вечерело. Во двор пришли "крутые пацаны" с Семеновки. Окружили стайку мальчишек, что-то обсуждали, в памяти не сохранилось. Разговор не заладился, блеснуло лезвие, из руки одного из нас брызнула кровь. Все замерли... Драться я стал чуть позже. когда подрос, а пока все закончилось миром. Это 60-е...

Изнутри - так:

донецкие дворы

Дворы и дворики Юзовки, Сталино и Донецка. Именно в них закалялся характер жителей, называемый сегодня донецким, воспоминания об их уютных уголках бережно хранится в памяти многих дончан, заброшенных судьбой далеко за пределы родного края.

Роман Кишкань

Школа, ставшая убежищем для жителей Горловки

Школа, ставшая убежищем для жителей Горловки

Разрушенная средняя школа поселка Шахты 6/7.

Донецк, будем жить

Мне говорили, и я верил. Что парк на Киевском Исполкоме полон детей, как и прежде. Чтоб вы, недонецкие, понимали: прямо сюда прилетали "грады" и всякая стрельба до сих пор доносится, пишет у себя в Фейсбук журналист Андрей Трощилов.

Донецк, будем жить

Так вот. Любимое наше место с сыном, где он вырос, где всех родителей знаешь и тебя знают, здороваемся при встрече, улыбаемся: "Как дела? Как ваш(а) Степа-Маша-Миша-Леночка-Кирюша-Полина-Ванюша-Варюша?"...

Донецк, будем жить

Два типа мужей и один барометр

Мужья, как известно, делятся на две категории.

Первых пошлешь за хлебом, он полчаса собирается, берет деньги, уходит, час его нет. Потом два часа нет. И все равно нет. Уже и стемнело, и сама сходила, купила, а его нет и все. Можно на мобильный позвонить, а толку – все равно отключен будет. Ну, позвонила – отключен. Свет выключила, легла, в час ночи пришел. Пыхтит, сопит в прихожей, выключатель не найдет. О, упал! Пьет на кухне воду. Пришел в комнату ложиться.

– Куда! На диван.

- Да, на диван, на диван…

Пыхтит, сминает в руке подушку с одеялом, уходит, оставляя после себя устойчивый запах, который не выветривается до утра.

Утром пытается заговорить, виновато смотрит под ноги и на сто, рассказывает, хотя никто и не просит рассказывать-то.

- Я вышел, ну, за хлебом же вышел, а тут Серегу встретил, он говорит – приди поможешь барометр починить.

- Что починить?

- Ну, барометр. У него от деда старый барометр остался. Вот такой. Царский еще, значит от прадеда, трофейный. Всю жизнь работал, а тут сломался. Ну, Серега его и взялся починить, а он же один не может.

- А ты, значит, можешь?!

- Ну, я не то, чтобы могу, но барометр же, что его чинить. Раз – и готово.

- И починил?

- Не помню.

Откуда берется неправильная молодежь

Всегда интересно наблюдать за тем, как взрослые дядьки, корча серьезные мины, журят "эту неправильную молодежь".

Вот, значит, провели опрос. Интересовались у юношей и девушек на предмет любимых героев. Все рассказывали о персонажах из комиксов и никто, черт их дери, не упомянул Сидора Ковпака. Представляете?

Немолодые и влиятельные мужики угрюмо чешут бороды и делают страшные глаза. Вот, значит, до чего молодежь довели. Истинных героев разменяли на мужиков в колготках.

Оно, конечно, так и есть - разменяли. Только ведь это не молодежь виновата, а те самые влиятельные мужики, которые уже лет десять жалуются, но исправлять ситуацию не желают.

Вот, к примеру, Сидор Артемьевич Ковпак был личностью настолько выдающейся, что о нем можно снять невероятно увлекательный сериал, по итогам которого, юноши побегут в ближайший военкомат. Или, как минимум, в исторический кружок. Сняли такой сериал?

Все, что делает Россия в этом направлении - идеологические помои в духе "тупые русские завалили умных немцев трупами", либо отмыв денег. Бывает, что все сразу. Смотреть этот копеечный трэш, молодежь не станет. Что до Украины, то она уже лет двадцать не снимает вообще ничего, стоящего внимания.

Нет денег? Окей. Наймите талантливых авторов и художников, сделайте грамотный комикс о приключениях Ковпака. Кощунство, говорите? А когда в фильмах Михалкова, все советские воины - уголовники, мерзавцы и трусы, оно не кощунство?

Году, по-моему, в 2010-м, российские власти пытались финансировать "патриотические" компьютерные игры. Выделенные деньги, ясное дело, распилили, а пользователям впарили тупейшую агитку, в которую, помимо прочего, невозможно было играть. А вот белорусы талантливо сделали "Мир танков", безо всякого "патриотического" контекста. Детишки играют, узнают о важных сражениях и подвигах героических предков, компания зарабатывает деньги и стабильно заносит копеечку в государственный бюджет. Все счастливы. Это хороший пример того, как нужно работать с молодежью.

Используйте новые форматы, не пичкайте "ура-патриотизмом", действуйте мягче и аккуратнее. Ходить в школы и рассказывать занимательные истории - бессмысленное занятие. А "Мир танков", в который я так и не смог играть (не моя тема), действительно работает.

Цветы у взорванного дома

Цветы у взорванного дома

Никишино — село к северу от Шахтерска, Донецкой области, находилось как раз на пути в Дебальцево и подвергалось постоянным обстрелам с украинских позиций, особенно во время горячих столкновений зимы 2014–2015 годов. Оно полностью разрушено, но в нем продолжают жить и выживать люди. И если городские кварталы Дебальцево интенсивно восстанавливаются, то частный сектор небольших сел получает только гуманитарную и добровольную помощь бойцов, воевавших здесь. Российские медиа практически забыли про гуманитарную беду Донбасса, найдя более свежие темы. Но в Донбассе все еще гибнут люди, разрушены дома, страдают дети. Без внимания России и российского общественного мнения граждане ДНР и ЛНР могут остаться в чудовищной нищете и разочаровании, а местная бюрократия, еще крайне слабая, но местами очень самодовольная, наверняка все провалит.

Возле рва для фундамента женщина ковыряет ногой железяку, застрявшую в земле, изредка поднимая грубое от красного загара лицо и поглядывая на мужчин в военных спецовках, разбрасывающих лопатами песок. Неподалеку, через хилый забор — развалившийся соседский домик, береза, хлам, вынесенный из жилья. Низко над Никишино стоят серые облака.

Женщина поднимает голову, чтобы проводить взглядом длинную балку, лежащую на плечах рабочих. Ветер беспокоит седую челку. Женщина приходит сюда каждый день — посмотреть, как идет стройка нового дома на месте старого. Старому в конце четырнадцатого года выбило стекла, обрушило стену, а прямое попадание в подвал завершило начатое. Дом разнесло по двору. Женщина в это время пряталась с внуками в подвале у двоюродной сестры. Коридор на выход из Никишино им дали раньше, чем снаряд попал в дом сестры.

— Уже ничего я не люблю, — бормочет она, долбя железяку, — ни старого, ни нового. Дом был красивый, обыкновенный, десять на десять, средний для колхозника. Зал — любимый, светлый, большой, три окна, много цветов. Все хорошо было, и на праздники было хорошо. Вон береза моя, люблю я ее. Лучше б не помогхали, — мягко говорит она. — Лучше б не помогхали.

Лопаты перестают разрезать песок. Изо рва показывается круглая рыжая голова строителя.

— Лучше, чтоб помогхали, — отзывается твердый мужской голос.

— Лучше, чтоб не помогхали, — настаивает женщина.

— Перекур! Курить!

Ленты новостей

вКонтакте | в FaceBook | в Одноклассниках | в LiveJournal | на RuTube | на YouTube | Pinterest | Instagram | в Twitter | 4SQ | Tumblr | Google + | Telegram

All Rights Reserved. Copyright © 2009 Notorious T & Co
События случайны. Мнения реальны. Люди придуманы. Совпадения намеренны.
Перепечатка, цитирование - только с гиперссылкой на http://fromdonetsk.net/ Лицензия Creative Commons
Прислать новость
Reklama & Сотрудничество
Сообщить о неисправности
Помочь
Говорит Донецк