Краткая ретроспектива украинской автокефалии

Во второй половине XVII века на украинских землях был бардак, что предполагало, конечно, и шатание в религиозной сфере.

На Правом берегу царила уния, невидимая рука Ватикана ловко держала священнослужителей и власть за выступающие части тела. Всех несогласных быстро приводили в чувство оgniem i mieczem. А на Левобережье, где хозяйственной деятельностью тогда занимался неудержимый взяточник гетьман Самойлович, единой духовной власти в какой-то момент бесконечной войны всех против всех уже десять лет как не было. Кресло киевского митрополита пустовало и очереди не наблюдалось. В такой ситуации сам Бог велел сидеть тихо и молиться, а не стремиться к значительным должностям.

Но закон что? Порядка требует. Народ должен быть правильно окормлён и находиться в русле господствующей идеологии, призывающей к повиновению и своевременной выплате налогов кому надо, а не кому попало. Так рассудил опытный Самойлович, и был, конечно, прав.

Поэтому одним прекрасным летом владыка твердою рукою собрал собор в знакомом современникам стиле и назначил на митрополичий пост достойного кандидата, епископа Луцкого и Острожского Гедеона. Его как раз выдавили из родных пенатов уже попривыкшие к европейскому сапогу и не стремившиеся к самобытным проектам независимости галичане. "Парень хороший, скромный и ума невеликого. Что еще нормальному митрополиту надо-то? А нам украинскую державу созидать в условиях непрекращающегося давления католической Польши, которая просто задолбала уже", - якобы говаривал Самойлович своим наперсникам.

Текущий константинопольский патриарх Иаков назначение не подтвердил. Идите, говорит, к великому визирю, нехай он решает. Я хоть и начальник над православными, но государство у нас мусульманское и без визы вышестоящего руководства никаких решений не принимаю. Тогда нового митрополита повезли в Москву, поскольку, во-первых, это ближе; во-вторых, там был патриарх при настоящем царе; в-третьих, супротив поляков помогали только московиты, и они же были единственные в округе православные, да еще с деньгами.

Царю Петру и вообще всем Гедеон понравился. Наш человек, говорят, и фамилия красивая: Святополк-Четвертинский. Обласкали, вручили ценные подарки, подтвердили право казнить и миловать, печатать книги, открывать школы и подчинили ему Киево-Печерскую лавру. Иди, говорят, занимайся там. Кафедра твоя в России считается первоначальной, а лучше быть первым парнем на Руси, чем очередным константинопольским засланцем.

Уехал Гедеон из Москвы 15 декабря 1685 года по свежему снегу счастливый.

А решительный монарх, постояв у окна, за которым неспешно засыпало белым ковром крыши палат, засел за письмо. "Дорогой патриарх Дионисий IV Серогланис Муселимис Комнин. Тут такое дело. Выбрали мы киевского митрополита. Хороший парень, скромный и ума невеликого. Что еще нормальному митрополиту надо-то? А нам державу созидать в условиях непрекращающегося геополитического соперничества, в котором Папа Римский своим помогает, а вы – хрена с два. Поэтому посылаю с нарочным 200 золотых и 120 соболей, чтобы компенсировать моральные издержки. Вариантов-то у вас все равно никаких, не поедете ж вы нас тут наказывать, хе-хе".

До Константинополя, как утверждает "Архив Юго-Западной России, издаваемый Комиссией для разбора древних актов, состоящей при Киевском, Подольском и Волынском генерал-губернаторе", доехало 200 беличьих шкурок. Олд рашен традишн. Остальное по дороге где-то потерялось, а ну, цельный год письмо шло, издержки в дороге какие. Но патриарх Дионисий был и тому рад. Тем более, что коллега из Иерусалима тоже просил не затягивать.

Все в итоге сложилось красивенько: живи и радуйся. В том же году Россия с Польшей подписали Вечный мир, которым поделили территорию сообразно сложившейся ситуации – левый берег налево, правый – направо, Киев и Запорожье за православными, Волынь и северная Киевщина за католиками. Черкасщина – нейтральная зона, все равно в пустыню превратили. Кроме того, договорились вместе наваливать туркам и крымским татарам, вконец потерявшим берега, а не возить им больше белок с соболями.

Но Самойловичу всё резко разонравилось, поскольку он хотел сам править миром и вообще соборной, независимой Украиной, как он ее себе представлял в масштабах Чигирина. Писал письма, нецензурно бранясь, требовал отдать ему всю территорию от Сяна до Дона, поскольку он "на своїй, Богом данній землі". Неужели какому-то королю Яну Собескому, например, непонятно, что только здесь все понимают, как нужно жить народам мира? "Вообще-то я думал, что вы для меня старались. Выходит, кидалово получилось?" - диктовал он и для Петра.

Одновременно гетьман, всё еще надеявшийся на единоличное правление в паре с завизированным митрополитом, не забывал энергично развивать стиль правления, присущий впоследствии некоему Януковичу. В итоге был разжалован, выслан в Сибирь и закончил дни свои в ничтожестве. Гедеону же, раз такая вышла история, предложили называться скромнее: Киевским, Галицким и Малыя России. Самые хлебные монастыри, Печерскую лавру и Черниговскую епархию передали московскому патриарху, так что митрополит тоже быстро заскучал и в конце-концов помер.

Еще одна поучительная история о том, как важно понимать свои возможности и шапку выбирать исключительно по Сеньке. Ну, или о том, как столетия сменяли столетия, Белка и Стрелка полетели в космос, вышел седьмой айфон и роботы уверенно заменили человека, а Украина снова вернулась в благословенный семнадцатый век.