Бессмысленный глас в орошенной гневом пустыне

"ХХХХ, ты должен был писать об этом в 91-м. Единая страна, говоришь"... - пишет мне человек, уверенный почему-то в том, что я мог что-то вменяемое написать в 1991 году.

"Як можна нести таку пургу? Невже гроші вирішують все?", - спрашивает меня зачем-то не первый раз другой человек, представляющий совершенно иную сторону.

"А меня не интересуют росс СМИ, меня интересует как я с такими согражданами 23 года в одной стране жил? И почему они так омерзительно живы до сих пор", - пишет третий, когда-то вменяемый молодой человек из хорошей семьи и с ничуть не менее высшим образованием, чем два предыдущих. Не один язык.

Мозги у граждан давно стали набекрень, но текущие события усугубили процессы и ускорили деформацию.

Люди, которых давно знаю, изменились. Они стали по-другому реагировать на события, делать иные выводы из полученных фактов и информации, а также готовы лично глотку перегрызть тому, чье мнение отличается от.

Мне нечасто приходят угрозы физической расправы, но теперь они летят с обеих сторон. Смешные только на первый взгляд обвинения в продажности, предвзятости и необъективности - едва ли не ежечасно.

Попытка получить, обработать, осмыслить и попытаться объективно подать факт обречена на агрессивное обсуждение и опасную критику как минимум с двух радикально настроенных сторон.

Недовольными остаются и те, и эти разъяренные праведным гневом когда-то вменяемые граждане и уважаемые члены социума. Сегодня чаще всего сидящие в уютных офисах где-нибудь в Киеве, Москве, Торонто, Нью-Йорка, Лондона или даже на пляжах Коста-Бравы или Тель-Авива, но готовых ухватить оружие и даже через сотни миль убивать, резать, мочить, уничтожать, крошить, рубить...

Становится просто опасно доносить до людей информацию. Им нужны новости, которые максимально соответствуют их же собственным представлениям о действительности, а не сообщения, факты, комментарии, аналитика и репортажи с места событий.

Все остальное - бред, который заботливый мозг из чувства самосохранения оставляет без внимания.

Люди больше верят каким-то своим фантазиям, чем фактам. Потому что факты могут быть искажены и подтасованы, что ведет к разочарованию слабого рассудка, а вот возникающие в воспаленном сознании образы - точно не подведут.

Находятся еще люди, которые верят в мирное урегулирование кризиса. Верят в то, что можно затолкать джинна обратно в бутылку. И даже те, которые считают, что если изгнать Яценюка с Турчиновым, убрать всех этих региональных лидеров, коим несть числа, введя временную администрацию из каких-нибудь варягов, как не совсем добровольно сделали наши предки в IX веке, а Штаты насильно осуществили в Ираке века XXI, то можно сохранить мир и одну страну.

Нужно ли это кому-то? Это нужно не мертвым. Это нужно живым. И еще не рожденным. Предложить национальный компромисс. Сесть за стол переговоров. Отложить в сторону оружие. Прекратить убивать друг друга к вящей радости третьих лиц.

В девяностых местные элиты уже проходили через горнило кровавых чисток и знают, что это такое. Зачем в эту кровавую мясорубку, которая может сравниться только с последней войной, толкают широкие массы озверевшего народа?

Провокация следует за провокацией и после того, как завершился так называемый Евромайдан. Многие уже после событий в Одессе потеряли голову, ставь ничуть не лучше тех, кто эту бойню и устроил. Потерявшим голову теперь кажется, что все оправдывается местью.

Месть очень нехорошее чувство, способное завести далеко. И без выхода. Утром наступит похмелье. Обязательно.

Маленьким украинцам нужно работать, получать заработную плату, отдыхать, развлекаться, лечить родителей и образовывать детей, чувствуя себя уважаемыми членами социума.

Маленьким украинцам не интересно убивать других маленьких украинцев в интересах олигархов.

Именно так было в бывшей Югославии. Потому этот процесс называется в учебниках "балканизация". Я читал про него в книжках, а потом писал про него не раз, но не верил, что увижу воочию.

Не только я, но и все жители пока еще единой страны стали свидетелями и участниками колоссальной социальной драмы и национальной трагедии, чей масштаб мы сможем оценить только спустя годы, не сейчас.

Если есть шанс остановиться, то нужно остановиться. Не так уж и просто попытаться понять противника и сделать шаг навстречу, но это все равно лучше, чем снова проходить по усеянному телами пути, чей финал известен?!

В такой ситуации и выясняется, есть ли в стране национальный лидер, или только тот, кто отражает местечковые интересы. Его нет, как показывают события последних недель.

Есть только крадуны и мелкие жулики на доверии, что толкают народ в мясорубку, которая не идет ни в какое сравнение с другой эпохальной драмой - развалом СССР, чьи обломки и стали топливом для текущего конфликта.

Это значит - страна обречена. И мой вопль - бессмысленный глас в орошенной гневом пустыне.