Дончане

Спортивные функционеры не простили Ягубкину его дерзости, но не той, что проявлялась на ринге, а той, что делала его свободным от всяких условностей в жизни.

«Саша — не просто добрый, он очень добрый, и жизнь его не сломала», — шепотом говорит Марина, когда Александр Ягубкин выходит из кухни, где мы сидим за большой бутылкой пива. Он возвращается, и жена замолкает. Рядом с мужем-великаном она, такая миниатюрная, тихая, кажется еще меньше. Кто в доме хозяин, даже гадать не надо, — Он. Легенда советского бокса, чемпион мира, трехкратный чемпион Европы. Рядом с таким не страшно и в самом темном переулке.

С ним не страшно нигде — страшно за него, битого и жизнью, и соперниками. С годами каждая травма, полученная на ринге, ноет только сильнее. Ноет наверняка и душа, но этого он никому и никогда не скажет. Он это прячет — за хмельной бравадой, дурачится и расплывается в совершенно детской улыбке, когда шутка нравится ему самому. Но глаза — серьезные. Внимательные такие глаза — он ими прощупывает человека: можно ли в разведку пойти, спиной повернуться. У него свой кодекс чести, своя правда, свой угол зрения. В выражениях не стесняется, и это даже ему идет — сильный мужик с огромными такими ручищами. Кажется, вот расслабился, что-то бубнит себе под нос. Но если вопрос ему интересен, голос вдруг становится бодрым, красивым, густым.

Считаю нужным еще раз вернуться к болезненной теме "возвращенцев". Понимаю, что словечко подленькое и унизительное, но другого пока не придумали.
А не кажется ли вам, друзья мои, что многие приболели синдромом оставшихся? Когда читаю или слышу, что хамов и мерзавцев в Донецке стало больше, потому, что кто-то вернулся с той стороны, так на ум сразу приходят известно какие заголовки украинских СМИ. "Переселенцы спровоцировали рост уровня преступности в Киеве". Или вроде того.
Давайте не будем уподобляться. Тем более, что внутренний конфликт выгоден кому угодно, но только не нам с вами. Опять же, если речь о хамстве, то его стало больше лишь потому, что горница полна людей. И по домам, что особенно важно, никто больше не сидит. Речь идет уже не про закрытый анклав, а вовсе даже про общество. В нем, если кто не знал, бывают конфликты.

Есть и более критичный аспект. Приезжают, дескать, какие-то люди, выкрикивают людоедские лозунги по ночам, глупости на стенах пишут. Жуть-жуть-жуть. Давайте закроем ворота и никого к себе не пустим.

Угу, великолепно. А приходилось ли вам задумываться о том, кто и зачем это делает? На мой взгляд, очевидно, что речь идет о школьниках-студентах, приехавших погостить у бабушки недельку-другую. Взрослый человек понимает бессмысленность подобных действий, а всякий местный просто считает это отвратительным. Мы тут вообще не любим вандализм и кричать по ночам.

Старая картина донецкого художника Владимира Хоренко, которую автор назвал "Ленинский проспект", хотя на самом деле на ней изображен проспект Ильича. Кроме этой картины, написанной в 1970 году, у Хоренко есть еще, как минимум, два полотна с аналогичным видом, их он назвал "Донецк. Макеевский мост". Оба написаны в 80-е. Вот весь этот триптих.

Сотня украинских паралимпийцев стоит в аэропорту "Борисполь". Все - в желто-голубых спортивных костюмах, со счастливой улыбкой на лице. Одни из них видят, другие слышат толпу болельщиков, которая ночью под дождем встречает их дома. Пловец Ярослав Семененко и видит, и слышит. Вот только куртка висит, на нем, как на тремпеле - у спортсмена нет рук. Пловец Семененко завоевал в Рио бронзу. Для безрукого парня эта бронза - на вес золота.

Пловец без рук, Ярослав Семененко, завоевал Украине бронзу на Паралимпиаде в Рио, НПК Украины

Мы пьем чай в грузинском ресторанчике в центре Киева. Ярик ловко наклоняет чашку одними губами, делая глоток. Полчаса назад я видела, как в пресс-центре он пальцами ног включил микрофон на столе. Ногами он готовит, одевается, ест. И так - последние 20 лет.

В начале марта 2007 мы с сербским коллегой брали интервью у еще премьера, но уже заявившего о президентских амбициях Виктора Януковича.

В его приемной в Кабмине нас ожидала пресс-секретарь Анна Герман. Мы пили чай и обсуждали вопросы для интервью.

Как раз накануне в прессе появилась информация о тюремном прошлом премьера.
Но мы дали понять, что нас интересуют скорее экономические вопросы и планы на будущее.

- Вы знаете, Виктор Федорович очень скромный человек в быту,- сказала Герман. - Его любимая еда - это картофельное пюре с кефиром.

Я чуть не поперхнулся чаем от услышанного. Мне приходилось снимать в зонах. Зеки часто говорили, что их любимая еда - картофельное пюре с кефиром.

Хотя откуда пресс-секретарю знать эти нюансы.

Мы зашли в уже знакомый кабинет - знакомый по прежним интервью с премьером Ющенко, где он показывал свою комнату отдыха, превращенную в художественную мастерскую. Рисовал картины и резал по дереву.

Николай Второй тоже рисовал, но мы знаем, чем это закончилось для страны.

Мы сели за столик в углу комнаты и начали беседу. Коллега спрашивал, я фотографировал. Янукович заученными фразами отвечал на вопросы. Ничего конкретного, скучно. Хорошо было видно, что ему тоже скучно.

Герман показала на часы, давая понять, что время вышло.

Мы встали и пошли к двери, и тут я поворачиваюсь и задаю вопрос:

- Виктор Федорович, завтра большой футбол - Шахтер играет в Кубке УЕФА против испанской Севильи. Как вы думаете, выиграем?

В глазах Януковича появился блеск, он подошел ко мне, положил руку на плечо.

- Ты понимаешь, мы много вложили в команду, - и так далее о Шахтере еще несколько минут.

Я с удивлением видел перед собой совсем другого человека. Это был не блеф, а настоящая страсть, любовь к футбольному клубу Шахтер.

Уже в лифте мой сербский коллега, пожав плечами, сказал:

- Не знаю, каким он будет Президентом, но точно знаю, что президентом футбольного клуба он был бы замечательный.

20 мая 2009 года на стадионе Шюкрю Сараджоглу в Стамбуле я снимал Финал кубка УЕФА между Шахтером и немецким Вердером.

Феерическая победа Шахтера 2:1. Праздник для всей Украины.

Шахтеру вручают кубок, стадион ревет, а среди болельщиков прыгает и машет руками от восторга Виктор Янукович.

Говорят, что боги не засчитывают в срок жизни моменты радости. Он много потерял, выбрав путь во власть.

Efrem Lukatsky

На прошедших выходных Донецк отмечал День города, который совпадает с Днем шахтера. Корреспондент "Страны" побывал в городе в эти праздничные дни, чтобы понять чем сейчас живет Донецк и дончане.

1. Цены

Цены в ДНР продолжают оставаться высокими. Практика выездов в шоп-туры на украинскую и российскую территорию распространена и процветает. Тот, кто выезжает по какому-то другому делу, обязательно прикупает вне ДНР лекарства или продукты по более человеческим ценам.

Есть, правда, некоторые нюансы. Например, в России существенно дороже спиртное. Вот коньяк "Темрюк" - в Донецке он стоит 256 рублей, а в Ростовской области – уже больше 400. Но в целом, шоп-туры на сопредельные территории остаются экономически оправданными.

При этом, набор доступных продуктов для жителей города существенно выше, чем год назад. Люди говорят – в Донецке можно купить все, были бы деньги.

2. Возвращенцы

Огромного потока людей, возвращающихся в Донецк, не наблюдается. Но возвращенцы есть. В этой категории – два больших сегмента: неудачники и рисковые. Неудачники возвращаются, потому что не видят шансов в своей эмиграции – и пополняют ряды людей, готовых в Донецке на все, на любую работу.

Рисковые имеют деньги – и готовы завести в Донецке какой-то бизнес. Наличие и отсутствие денег проводят между этими людьми твердую разделительную черту. Непонимание перспективы их странным образом объединяет. Вряд ли кто-то сможет внятно объяснить, на чем может базироваться экономическое преуспевание ДНР. Но вера в то, что все как-то образуется, если сюда вернутся деньги, очень велика.

3. Сценарий

А как вообще все будет? С пониманием этого гораздо сложнее. После нескольких тихих месяцев дончане начали было верить, что ничего подобного ужасам августа-2014 и февраля-2015 уже не будет. И принялись было строить дальнейшую жизнь, исходя из этого. Но события последних дней заставили их вернуться в полузабытый пессимизм.

Обстрелы Октябрьского, Путиловки, Админпоселка погрузили людей в невеселые размышления на тему: "Что же дальше?" Ответа у них нет.

Украинский гимнаст Олег Верняев, который ранее стал серебряным призером Олимпиады в многоборье, завоевал первую для Украины золотую медаль в упражнениях на брусьях!

Во вторник 22-летний спортсмен из Донецка показал на параллельных брусьях в Рио-де-Жанейро результат 16,041 (7,100 за сложность и 8,941 за исполнение).

Серебряную награду получил американец Данелл Лейва - 15,900, бронзовая медаль у россиянина Давида Белявского - 15,783.

Это вторая награда украинского спортсмена на Играх 2016 - чемпион мира и Европы ранее заработал серебряную медаль в индивидуальном многоборье, когда в финале индивидуального многоборья у мужчин он лидировал перед последней дисциплиной, но после упражнений на перекладине пропустил вперед японца Кохэя Утимуру.

Теперь в "копилке" национальной олимпийской сборной Украины на сегодня 1 золото, 4 серебра и 1 бронза. В неофициальном медальном зачете украинская сборная теперь занимает 32 место.

Вот. Нашёл свой давний текст. Возможно, что кому-то будет интересно.

О Витале Старухине. Я знал его лично. И мы все переживали за него. В теперешние времена он играл бы в Манчестере - это точно. А тогда над ним просто издевались футбольные функционеры высшего звена. Он, видать, был несанкционированным идеологическим отделом ЦК кумиром. Например, Федерация вызывала в сборную, а Бесков (тренер) говорил: чего ты приехал? - езжай домой. Или, бывало, тренеры сборной говорили: он не командный игрок, на него должны играть все остальные, поэтому мы его не берём. Тогда Виталя, в играх Шахтёра, отходил в поднападающие и раздавал изумительные пасы, с которых забивали Миша Соколовский, Сергей Морозов или Володя Роговский. Он доказывал очевидное: универсальность своего таланта. Но его в упор не видели. А между тем, в каком-то спецвестнике Высшей Школы тренеров, я докопался до интервью, которое давал посетивший в те годы Союз высокий английский чин из ИХ футбольной Федерации. И на вопрос, что он может сказать о советских футболистах, он сказал: " У вас есть много неплохих футболистов и один гениальный игрок - Виталий Старухин - классический форвард английского типа. Он мог бы украсить любой английский клуб."

По части КИП и автоматики Сергей Колесниченко на донецкой шахте имени газеты «Социалистический Донбасс» отработал больше десяти лет. Потом стал… механизатором. Нет, к селу это отношения никакого не имеет. Это имеет отношение к театру. Да еще и к кукольному.

Как утверждают историки, первые упоминания о них относятся к третьему веку нашей эры. На Руси они появились в XVII веке и назывались Петрушками. Сами куклы бывают верховыми и низовыми, планшетными и теневыми, керамическими и… какими они только не бывают! Но чтобы свершилось чудо и они ожили, во всех случаях, оказывается, без механика не обойтись.

В Донецком театре кукол им и работает Сергей Колесниченко. В цехе, где готовят и сопровож­дают спектакли, делают для них кукол, у него свое место. На столах лобзики, фанера, особая гордость Сергея – станки, и новые куклы. Вот Медведь. Пока к нему не прикоснулась рука мастера – деревяшка деревяшкой, хоть и в расшитой рубахе. Но Сергей поколдовал над ней, нажал какую-то пимпочку – и Медведь открыл глаза, поднял лапу: «Привет, ребята!»