Он - ниггер, но это нормально

«Джанго освобожденный» – новый фильм Квентина Тарантино, где от старого Квентина Тарантино не так уж и много.

Где-то в Техасе. Ночь. Пара рабовладельцев ведет по лесу группу негров-рабов. Навстречу им из темной дебри появляется импозантный мужчина с красивой бородой и на фаэтоне. Мужчина представляется доктором Шульцом (Кристоф Вальц). Затем метко сносит из револьвера головы рабовладельцам, чтобы вступить во взаимовыгодную сделку с рабом Джанго (Джейми Фокс).

В ходе выполнения сделки Шульц проникается симпатией к Джанго. Джанго, в свою очередь, хочет забрать жену у экстравагантного рабовладельца Кельвина Кэнди (Леонардо ДиКаприо).

Товарищи по оружию едут к Кэнди, где встречают страдающего Стокгольмским синдромом раба-распорядителя Стивена (Самуэль. Л. Джексон), и других малоприятных личностей.

Данный синопсис больше походит на плохой сценарий фильма категории «Б». Или же, на худой конец, на неудавшуюся шутку. Тем не менее – это новый фильм Квентина Тарантино.

Исследуя жанры, нанизывая один за другим на постмодернистскую веревочку Тарантино, в итоге, забрался на территорию Серджио Леоне и Серджо Корбуччи. Если предыдущие, и недавние, эксперименты с японской поп-эстетикой («Убить Билла») и историческими разрезами («Безславныи ублютки») еще оставались в тарантиновском стилистическом универсуме, то «Джанго освобожденный» – совсем другое кино.

Конечно, от знакомого всем Тарантино здесь что-то осталось. Так как картина все еще часть постмодернистской режиссерской парадигмы, она успевает притвориться и спагетти-вестерном, и несмешной басней, и аболиционистской пропагандой, и театром абсурда.

Ну и кружатся осколки тарантиновщины, пожалуй, в том калейдоскопе из вторых ролей, на которых, собственно, и держатся все лучшие фильмы режиссера. Тут роскошный Кристофер Вальц, манерно взмахивающий руками, хлопающий глазами и охающий как девушка на выданье. Очаровательный Лео ДиКаприо, с особым удовольствием в первый раз играющий показательно отвратительного персонажа – расиста и рабовладельца. По умолчанию добротный Самуэль Л. Джексон, раздувающий ноздри и с задорным седым хохолком на плеши, но, в сущности, играющий все ту же роль – ругательную. И только протагонист в исполнении Джейми Фокса отбывает экранное время, он – скучный; но опять же – именно этот метод Тарантино и тут работает как нужно.

«Джанго освобожденный», для синефилов разумеется, – открытая книга. В каждом кадре легко найти, как минимум, несколько оммажей к классическим жанровым лентам. От, собственно, «Джанго освобожденный» отсылающего к почти одноименному и односюжетному фильму 1968 года Корбуччи, до названий салуна и клона броши в петлице героя ДиКаприо.

Однако Тарантино с необычайным пренебрежением к самому себе сместился за рамки тугосплетенных диалогов, нелинейного повествования. Отказался озвучить картину хитами 70-х, заказав оригинальный саундтрек. Такие изменения, впрочем, не сделали из Тарантино плохого режиссера, нет. Он просто стал другим. Кто-то скажет – зрелым. Кто-то – протухшим. Но оба определения говорят об одном – Тарантино претерпел изменения. Или всех смог убедить, что он уже не тот.

В ленте каждое десятое слово – «ниггер». Это не оскорбление, и даже не эксплуатация осточертевшей политкорректности. Это – метод. И Тарантино взял этот метод за отправную точку. Фильм просто искрит пафосом и выпуклостью ниггерства, при котором совершенно необходимо носить трусы поверх брюк, а конечностями дергать так, словно болен Паркинсоном.

По правде сказать «Джанго освобожденный» может только печалить. Очень похоже, что Тарнантино с опущенными руками бродит по своему любимому магазину видеопроката, но магазин предложить большее уже не в состоянии.