Други

Друзья. Их мало. Не имей сто друзей. Приятели.

Еще четыре недели в городе Дебальцево

Со времени написанного Владой, прошли снова четыре недели и вот - новое письмо, новая публикация.

За прошедшую неделю во двор родителей моей подруги дважды влетали снаряды. Оба раза родители чудом уцелели. В первый раз не пострадал и дом, во второй - стекла выбило и поплавило жаром, побило стены, крышу, посрезало деревья. После первой мины образовалась воронка шириной около пяти метров и глубиной в два. Приехавшие украинские солдаты посмотрели, почесали в затылке и заявили: "Ну да, наше. Просто у нас наводчик неопытный".

Вчера после обстрела приехало ОБСЕ, разговаривало с людьми. Им рассказали, что стреляют украинские военные. Откуда знают люди? Два месяца армия стоит на одних и тех же позициях, ходят по городу, постоянно стреляют из одних и тех же мест.

Если стреляют близко, слышно и залп, и полет снаряда, и падение. Все это жители пытались объяснить и ОБСЕ, и журналистам, которые приехали снимать очередной репортаж.

Сегодня медсестра рассказала подруге, что видела этот репортаж. Слова людей вырезали, оставив лишь интервью с военным. У него спросили, почему жители думают, что стреляют украинские военные. Он ответил, что вот такие они неблагодарные, их защищают, а они нас обвиняют.

О том, что мы - неблагодарные и ленивые, часто говорят местным жителям. Соседи приходят, рассказывают, как солдаты осуждают нас за грязь в городе и запущенные огороды. Я не знаю, где они привыкли к стерильной чистоте, у нас обычный город. Сейчас даже мусор снова начали регулярно вывозить, чего не делали в первые недели из-за постоянных бомбежек. А огороды - ну извините, люди и так под выстрелами пытались выкапывать урожай, многие просто не могут добраться до дачных участков.

Еще одно наблюдение: часто видим пьяных солдат, я сама дважды наблюдала, как они в огромных количествах закупают алкоголь. В дома в частном секторе приходили нетрезвые солдаты, требовали их накормить и рассказать, где сепаратисты. Пьяный защитник с оружием - очень нужная вещь, да.

Так вот: мы не неблагодарные и не ленивые. Мы злые! Потому что устали! Кто-то уже просто не реагирует на выстрелы, я до сих пор при первом залпе вздрагиваю все телом, после чего появляется желание поймать этого стрелка, засунуть ему это дуло сзади по самые гланды и оторвать руки, чтобы не мог вытащить. Или еще лучше: засунуть его в бомбоубежище и выстрелить 40 раз подряд, как делает он, чтобы в ушах звенело и стены дрожали. Посидит так денек, не понимая, сколько это будет продолжаться, куда летит и где приземляется,может поймет, почему здесь не радуются таким защитникам.

Я не говорю, что мы бы радовались ополченцам, если бы они делали то же самое. Я понимаю людей, которые находятся в городах, откуда стреляют днровцы (правда, я не знаю, что это за города). Я не кричу "Россия, приди" и никогда даже не планировала уезжать из Украины.

Но сейчас мне хочется покинуть этот театр абсурда, где люди гибнут непонятно за что, где армия воюет за деньги жителей, где власть не способна обеспечить своих солдат необходимыми вещами, зато бодро отчитывается, что они "будут стоять до конца". Дорогие, автоматы в руки - и идите стоять, чего ж вы в телеке постоянно?

Люди! Почему вы считаете это нормальным?? Почему вы требуете не остановить войну, а добавить оружия, техники, привести больше людей! Ради кого это все? Кучки шакалов, пришедших к власти на крови, а теперь мечущейся между более сильными шакалами? Ведь если все сложат оружие, то войны не будет. Я понимаю, что это невозможно, но блин, почему меня обвиняют в том, что я зомбированная люди, требующие больше крови??

Я не верю, что сейчас люди что-то решают. И оружие, и деньги дают спонсоры, которые уже наверняка договорились обо всем, посчитали, кто сколько наварит на этой войне. Люди? Лес рубят, щепки летят. И сейчас эти щепки в очередной раз отправили куда-то 5 снарядов.

Радуйтесь те, кто находится далеко от этого кошмара. Спасибо тем, кто поддерживает меня, переживает, предлагает помощь. И умоляю - заткнитесь те, кто кричит о нужности АТО и что это нужно просто пережить! Или же приезжайте ко мне, я с удовольствием предоставлю вам комфортное бомбоубежище, покажу, куда ходить за водой и расскажу, как по звуку определить тип снаряда и что нужно делать, если вы услышали выстрел.

Билет обратно - за ваш счет.

Куда бы я пошел в Донецке после всего?

Просили назвать пять мест в послевоенном Донецке, куда я отправлюсь сразу, как только тут все закончится.

Ночной Донецк

Начну с того, что замечу - после того, как мое общение с психологом стало ежедневным, я стал во всем видеть некий психотерапевтический подвох, потому и просьба описать свое виртуальное путешествие в будущее видится мне какой-то очередной имагинацией или чем-то похожим.

Общение с психологами, к слову, как-то очень негативно повлияло и на мое отношение к религии, вот что ужасно. Во всяком случае, на многие вещи я стал смотреть иначе, я вот как-то вдруг понял, что все религии это отчаянная попытка человека примириться с самим собой, еще немного, и я окажусь близок к созданию своей собственной ереси, меня поймают и скормят голодным зверям, но это слишком уж личное.

Попробую вернуться к главному. Когда мы загадываем возвращение в Донецк будущего, то, на самом деле, мы говорим о Донецке из прошлого. О том, который помним. С аэропортом, например, о котором ленивый не поинтересовался – зачем его такой огромный построили, не нужен такой большой Донецку, стоит же теперь полупустым постоянно. Еще, помнится, о железнодорожном вокзале тоже часто спрашивали что-то похожее. Не дай бог, окажется, что примета.

Если возвращаться в Донецк из прошлого, то почему это должен быть город образца 2013 года? Я бы повернул ручку регулятора подальше назад. Я понимаю, что я совершенно не прав, пытаясь зацепиться за картинки из совсем уж далекого прошлого, но весь этот хрупкий и почти придуманный мир живет исключительно в моей голове, как коллекция детских игрушек у того пожилого гражданина из «Амели», которую он случайно нашел, а потом перебирал со слезам умиления. Так и я, с той лишь разницей, что я почти ничего не забыл, многое помню и самое главное - гарантирую, что никогда не найму гаубичный расчет, чтобы вернуть затерянный мир на его прежнее место. Это просто мое.

Что сейчас происходит в городке Дебальцево?

Маленький городок Дебальцево занимает ключевое положение на границе Донецкой и Луганской областей, а потому уже которую неделю буквально живет под перекрестным огнем минометов и артиллерии.

Мой товарищ Александр Морозов вернулся в родной город после учебы в университете и теперь подробно описывает происходящее там. Впечатляет даже дончан, у которых просто город больше.

* * *

18 сентября около 16 часов, рядом с единственным работающим на посёлке магазине разорвалась мина, в магазине осколками повреждён холодильник. Ранена девочка 7 лет, которую мама послала за хлебом...

Ещё около магазина ранило молодую пару Малаховых. Они сейчас в больнице в Светлодарске. Скорая не приезжает. Еле нашли частников, чтоб отвезти в больницу. В Светлодарске уже не принимают. Нужно везти в Артёмовск. А если не довезут, путь то не близкий…

19 сентября стреляли около 6 утра. В ТЧ-10 у дежурного окно пробило,в комнате инструктажа окно разбито. В крышу медпункта попала мина и в крышу колесного цеха. На ПТО окна все вылетели.

Тепловоз 3515 в решето, окна крыша и кузов в дырах, возле крановых бригад падало. Воронка возле переезда на второй площадке. Вывалена секция бетонного забора и три железобетонные шпалы разорваны в пух...

Про коллапс советской Украины

Спустя 20 лет , промотав за годы все свое достояние, Украина снова свалилась в лихие 90-е

Как и тогда сейчас снова в списках артисты, спортсмены, журналисты, шоумены и клоуны. Правда, добавились еще комбаты - примета времени. На лицо явный провал в "детство."

20 лет ничему не научили украинцев. Они бродят по кругу в тумане. Они по-прежнему остаются охлосом, не объединяются в партии, не создают профсоюзов, не превращаются в граждан. Поэтому с ними и обращаются соответственно- им, как папуасам, предлагают различные блестящие безделушки.

Советская Украина закончилась. Собственность, которую создали коммунисты, мы всю аккуратно разворовали и проели. Больше жить не на что потому мы сами ничего, кроме сырья , не производим. Нам нечего предложить миру.

За 23 года Украина превратилась в самую бедную страну Европы, с аграрно-сырьевым укладом. Пшеница, металл, фосфаты - вот суть нашей экономики. Так зарабатывали еще в XIX веке!

Но так как газа сейчас нет, то в июне нитрат аммония вообще не производился! И похоже не скоро будет. Поступления валюты постоянно падают.

Экспортом сырья занимаются только очень бедные страны , которые из этого сырья сами ничего не могут произвести. Экспорт сырья почти не дает добавленной стоимости. Мы продаем тонну металла за 150 долл, а потом назад импортируем эту же тонну в виде автомобиля за 30 000-100 000 тыс долларов!

При такой структуре экономики курс гривни постоянно будет падать , как бы не извивался НБУ. Доллар уже достиг отметки в 14. 25 , а евро 18,43. И будет падать дальше потому что наша экономика идет к коллапсу.

Если курс достигнет 16, то ,скорее всего, начнется гиперинфляция за счет роста цен на импорт, а вслед за этим банкротство банков. Оно уже и сейчас идет, но это еще цветочки.

Про Митара Роченовича

Фейсбук напоминает, что сегодня Митару Роченовичу исполнилось бы 54 года. В это «бы» - даже спустя больше чем год, поверить могут не все. Митар был из тех людей, уход которых нужно всякий раз осознавать усилием воли, словно встряхиваясь от морока. Так происходит, когда не можешь какое-то время понять – снилось тебе это или было на самом деле.

Он появился в Донецке в середине девяностых, обаятельный балканский авантюрист. Его подлинную биографию знают, наверное, только его самые близкие друзья, остальные до сих пор живут слухами, легендами и рассказами, многие из которых создавал он сам.

Помню, в начале 2000-х довольно серьезные люди из бизнеса без тени сомнений говорили мне, что Митар – полковник КГБ.

За короткое время Митар в определенных кругах стал таким же символом Донецка, как пальма Мерцалова или Сергей Бубка. В совершенно неожиданных компаниях всплывало его имя и то, что ты тоже с ним знаком, помогало устанавливать отношения – считали своим.

Его взрывной ребяческий темперамент резко контрастировал с нордическим спокойствием дончан и донецких. Наверное, нет ни одного человека их тех, кто общался с Митаром, который бы хоть раз не поссорился с ним вдрызг и навсегда, а через какое-то время услышал в трубке привычное «Привет, братуха!» и простил его тут же, осознав как были ничтожны все поводы у того конфликта.

Несмотря на всю свою кажущуюся инопланетность и несерьезность, главное, чему посвятил тут свою жизнь Митар – это объяснить нам, дуракам, что мы неумолимо катимся к катастрофе. Ему, пережившему распад Югославии, все было понятно с первых нот, но не многие из нас верили ему до конца, думалось, что он немного сгущает краски, что ли, путает страны и темпераменты, и такого, как у них у нас не может быть, потому что этого не может быть никогда.

Как всякому по-настоящему хорошему мужику, Митару патологически не везло с женщинами, это признавали все его друзья, но удержать его от очередного рокового выбора не удавалось никому.

Обладая совершенно собачьим обаянием, он мог, кажется, покорить любую, но останавливал свой выбор на… Впрочем, что уж теперь об этом.

Помнится, в далеком 2002-м, во время очередной парламентской кампании Митар сказал мне о Юлии Тимошенко - «Веришь, братуха, я бы ее трахнул!»

Как знать, если бы такая возможность ему представилась тогда – может быть и история Украины сложилась совершенно иначе.

Пощады никто не желает

Дончане выработали фатальное спокойствие перед лицом смертельной опасности. Но сколько им удастся его сохранять, неизвестно, пишет донецкий журналист Рамиль Замдыханов в колонке, опубликованной в №33 журнала Корреспондент от 22 августа 2014 года.

«Все хотят нас убить», – постоянно повторял мой друг, очумевший от ночной канонады за окнами. Какое-то время назад он купил билет на поезд и уехал вместе с семьёй в Запорожье. Устал.

Несмотря на очевидную эмоциональность его взгляда на жизнь, здесь, возможно, как раз и таится та самая сермяжная правда. А кто бы ни стоял за случайными или намеренными обстрелами жилых кварталов, они уже сделали разрушенные дома, воронки на тротуарах и безжизненные тела горожан, лежащие на перекрёстках, неотъемлемыми фрагментами картины дня.

В вопросе, кто виноват, жители города давно и кардинально разделились на несколько групп, примирение между которыми или компромисс абсолютно исключены. Одни обвиняют в обстрелах украинскую армию, упорно именуя её Нацгвардией. Другие придерживаются прямо противоположной токи зрения. Между группами постоянно ведутся споры, в качестве доказательств – ролики с YouTube, свидетельства очевидцев, собственные наблюдения.

Из далёких от военного дела обывателей ситуация очень быстро формирует уверенных в себе экспертов-баллистиков.

Из далёких от военного дела обывателей ситуация очень быстро формирует уверенных в себе экспертов-баллистиков, которые, оперируя местом падения мины или ракеты, временем полёта и другими доступными данными могут «безошибочно» определить точку, откуда стреляли, тип использованного оружия, а если потребуется, то и сторону, произведшую обстрел.

Количество таких «экспертов» с обеих сторон примерно одинаково, а значит, каждое событие обрастает равным количеством диаметрально противоположных версий о том, кто стрелял. В результате выбор своей точки зрения становится классическим «вопросом веры», который, как известно, не терпит рациональных объяснений, а главное – впоследствии начинает контролировать и твоё собственное сознание.

Дожить до зимы

Дончане в ожидании окончания боевых действий, но скорее всего город ждёт самая суровая зима в его истории.

Фразу “Когда всё это кончится?” в Донецке даже лишённый артистизма человек сумеет произнести с дюжиной различных интонаций. От риторического восклицания до робкой надежды. Но непосредственно ответ на вопрос услышать трудно. Безусловное желание скорейшего завершения конфликта разбивается о суровую реальность.

Какие же, хотя бы умозрительные, сроки могут назвать изнурённые и измотанные тревогой жители города?
Через месяц. Очень распространённый период, скорее эмоциональный, чем основанный на реальных фактах.

“На месяцок, переждать, когда тут всё стихнет” уезжали ещё в мае. Гораздо больше в июне. И львиная масса в июле. Сейчас, в начале августа, многие уезжают и по привычке загадывают на такой же временной отрезок, апеллируя к началу учебного года в сентябре и прочим привычным вещам из мирной жизни. Война многими всё ещё воспринимается как недоразумение, ради которого, так уж и быть, можно было пожертвовать летними месяцами. Но осенью надо возвращаться к рабочим местам, и поэтому — хватит!

Парадокс, но мирные жители Донбасса ещё не вполне осознали, что процессами управляют совсем другие силы. Правда, насчёт нового учебного года их уже успели разочаровать, предупредив, что начнётся он, скорее всего, в октябре. Ещё правильнее — не раньше октября.

Куда более оптимистичный, но гораздо реже встречающийся прогноз — всё кончится буквально на днях.

Самые горячие головы связывают скорый финал противостояния на Донбассе с каким-нибудь экстраординарным событием, вроде случившегося падения самолёта, очередного вердикта Совета Безопасности ООН, результата тайных переговоров на самом верху, после чего сильные мира сего скажут: “Хватит!”.

Беги, Донецк, беги!

Столичные власти посоветовали дончанам бежать из города, чтобы не пострадать в результате штурма. Но как сделать это, не пояснили, пишет донецкий журналист Рамиль Замдыханов в колонке, опубликованной в №32 журнала Корреспондент от 15 августа 2014 года.

Неделя началась для Донецка с заявления спикера информационно-аналитического центра СНБО Андрея Лысенко о том, что в скором времени город будут штурмовать, поэтому его населению следует эвакуироваться. Сказано это было почти мимоходом, с лёгкостью, которой позавидовала бы домработница Фаины Раневской, чуть было не забывшая о грядущем конце света в ближайший четверг.

Интересно, что, предупредив о необходимости эвакуации, представитель СНБО посчитал, очевидно, свою работу выполненной, предоставив потенциальным беглецам столь важную в нашей жизни свободу выбора.

«Спасение утопающих — дело рук самих утопающих», — продолжим цитировать крылатые фразы, неизбежно приходящие на ум после брифинга представителя ведомства, в названии которого безмятежно находится слово «безопасность». Видимо, теперь, по мнению «безопасников» всей страны, каждый здравомыслящий житель Донецка должен самостоятельно сесть на какое-нибудь безопасное транспортное средство, приехать на нем в какое-либо безопасное место и поселиться там на какой-то неопределенный безопасный срок.

Никакого более конкретного выхода из анонсированной ситуации предложено не было. Но в любом случае это гораздо лучше существующего мнения, что все, кто хотел, из Донецка уже давно выехали и поэтому отвечать за желание оставшихся и рискующих своими жизнями государство в общем-то не обязано. В неразберихе, сопровождающей любой массовый исход, тонут рациональные аргументы. А они есть, несмотря на то что после фразы «услышать Донбасс», по законам сложившегося в стране жанра исторической трагикомедии, ещё долго будет звучать циничный закадровый смех.

Отбросим в сторону аргументы о детях и лежачих стариках — эти доводы уже давно воспринимаются определённой частью общества как шантаж и откровенно игнорируются. Пока создаётся впечатление, что наиболее немощных отдали на откуп благотворительным фондам и волонтёрам. Тоже выход. Самое главное, чтобы те, кого не успеют вывезти (а всех не успеют — можете не сомневаться), потом не поставили в вину тем же волонтёрам, не оправдавшим возложенных на них надежд.

Один день из жизни Донецка: Свой чужой город

Просыпаюсь от звука газонокосилки. Незнакомая квартира. Чужой район. Непривычный вид из окна. Ночую тут впервые. Из своего района пришлось переехать из-за бомбёжки. Или обстрела. Не знаю, как правильно сказать, чтобы не прослыть профаном. Человек на мини-тракторе ездит по газону, оставляя за собой ленту аккуратно подстриженной травы.

Я думаю о том, что ему, как и мне, наверное, тоже было страшно просыпаться, но он встал часа два тому назад, когда ещё было темно. Пошёл на работу и теперь вот выписывает на газоне сложные пируэты, объезжая деревца и кусты. Думаю об этом, и становится легче.

Интересно — ради чего он рискует, сколько получает? Наверное, гораздо меньше того парня в интернете, который сказал вчера, что население Донбасса само виновато в происходящем и поэтому его ни капельки не жалко. Даже если убьют.

Просыпаться действительно страшно. Вернее, неприятно. Как после попойки или скандала, когда через минуту после пробуждения приходит осознание реальности. Вспоминаешь, что всё это по-настоящему. И война тебе не снится, а как раз наоборот. Снился мир. Но его нет.

Кроме пробуждений другое неприятное на этой войне — работать частным информационным агентством. Причём не по своей воле, а так, в силу сложившихся обстоятельств. Это когда тебе звонят или пишут многочисленные знакомые из разных концов земного шара и спрашивают: “Рассказывай, что там у вас?”.

Рассказать, в общем-то, несложно, всю фабулу можно уместить в паре неприличных слов. Но когда раз за разом, то утомляет. Ещё хуже, когда интересуются, когда это закончится и чем. Не знаю, ну откуда мне знать. Сегодня мне кажется, что это не закончится никогда, раз уж началось. Но это нервы и усталость. Усталость от пустоты.

Говорить о том, что Донецк опустел и замер, — стало уже общепринятым. Когда-то замёрз и превратился в глыбу льда Ниагарский водопад. Посмотреть на это зрелище приезжало довольно много народу. Странно, но в сегодняшний Донецк не стремятся толпы туристов. А зря — редкое зрелище.

Тем, кто сумеет его пережить, определённо будет, чем похвастаться перед собеседниками. “А помните Донецк?” — “Да, мне ли не помнить! Я там как раз жил в эти дни”. И дальше огорошить слушателей парой непридуманных историй для усиления эффекта.

Андрей Зимоглядов про танки на проспекте Мира

Люди уезжают из города. В Киев. В Бердянск. На Бали. В Москву. В Москву! По официальным данным, из Донецка выехали около 200 тысяч человек. В некоторых районах города уже можно почувствовать себя героем фильма «Я — легенда». Конечно, у нас пока нет авианосца, на котором Уилл Смит (единственный житель Нью-Йорка, не считая собаки) сам с собой играл в гольф. Но, учитывая динамику событий, авианосец — это вопрос времени, пишет Андрей Зимоглядов в издании The Village.

Плакат на проспекте Таганском

Некоторые уже успели потратить на чужбине деньги и вернуться — так сказать, к самому интересному. Их печальный опыт остаётся невостребованным. Стоит в районе аэропорта или где-нибудь на Трудовских громыхнуть посильнее, как центровым жителем, пока толком не нюхавшим пороха, овладевает страсть к перемене мест. Почти все мои друзья разъехались. Почти все мои друзья считают меня безответственным.

Мне же кажется, география тут ни при чем, и не важно, сколько материальных ценностей, друзей и километров тебе удалось оставить в зеркале заднего вида. Куала-Лумпур, к примеру, тоже не за углом.

Донецк всё ещё очень красивый город. Всюду фонтаны. Всюду цветы. Ежедневно женщины в оранжевых жилетах ровняют роскошные клумбы, не считаясь с тем, что оранжевые жилеты хорошо видны с воздуха и отлично просматриваются в оптику. Из дворов регулярно вывозят мусор. По улицам регулярно ездят умиротворяюще-ностальгические поливальные машины.

Разумеется, это вызывает праведный гнев патриотов — особенно тех, что в Киеве, в Москве или на Бали. Патриоты возмущены легкомыслием мэра — в наши смутные времена есть вещи поважнее плюща и герани.

Один мой друг занимается организацией боев без правил. Поскольку мой друг — это 115 килограммов мускулов и титул чемпиона страны по боевому самбо, мало кто высказывает ему претензии лично. Но есть социальные сети.

Ленты новостей

вКонтакте | в FaceBook | в Одноклассниках | в LiveJournal | на YouTube | Pinterest | Instagram | в Twitter | 4SQ | Tumblr | Telegram

All Rights Reserved. Copyright © 2009 Notorious T & Co
События случайны. Мнения реальны. Люди придуманы. Совпадения намеренны.
Перепечатка, цитирование - только с гиперссылкой на https://fromdonetsk.net/ Лицензия Creative Commons
Прислать новость
Reklama & Сотрудничество
Сообщить о неисправности
Помочь
Говорит Донецк