Почти монолог Алины Яровой

Отправить эл. почтойОтправить эл. почтой

Я не совсем тёмный персонаж, как может показаться на первый взгляд, и в операх этих ваших бывал даже раньше, чем в интернетах. И слушал ту же Алину Коробко даже когда интернетов не было. Нет, лавров критика и знатока не снискал, но и не засыпаю, не скучаю, слежу за развитием событий и даже сопереживаю.


Снегурочка Римского-Корсакова от Алины Яровой

Нравятся мне люди, которые умеют что-то делать так, как не умею делать я: петь, танцевать или рисовать. Вот так и выясняется, что и не мизантроп вовсе.

С Алиной Яровой познакомился почти случайно: через социальную сеть и друга Николая Вайсмана, который оказался еще и давним другом ее мамы. Очаровательная девушка, что была у него в друзьях и на чьи глаза и улыбку сразу обратил внимание, оказалась… оперной певицей, которая закончила Донецкую консерваторию имени Сергея Прокофьева и теперь поет в Москве, приглашенной солисткой Большого.

Встречаться в социальных сетях с целью дачи автографов или интервью ещё не придумали, а потому мы увиделись очно. Впечатление даже лучше, чем от видео. Что бывает нечасто.

Вся наша беседа заняла чуть меньше часа и касалась очень разных тем, потому тут привожу самые интересные куски.

Я родилась в Луганске и большую, пока что, часть жизнь провела там. С трех лет участвовала в фестивалях и различных концертах в составе образцового ансамбля «Зернышко» при Дворце культуры имени Ленина, а затем пошла в музыкальную школу №1. Преподавала мне и учила петь – Лариса Блинова, - рассказывает Алина.

Алина Яровая - первые выступления
Первый выступления маленькой Алины будущей солистки Большого

Мама по-прежнему живет в Луганске. Она родила, когда ещё училась в институте, потом со мной на лекции ходила, и профессора меня до сих пор помнят. Она сейчас доцент кафедры детской хирургии, очень хороший эндоскопист, который преподает и оперирует. С папой мы не общаемся, но у него все хорошо, насколько я знаю и доходят слухи.

Я «Алина» для всех с самого детства, но в паспорте – «Алевтина». Папа бегал регистрировать, а ему такая дама с пилочкой в паспортном столе уже говорит, что нет такого имени, как Алина. Он и записал Алевтиной. Я с самого начала была Алиной, с детства.

В те времена, еще не было отдельных классов для вокалистов, но в моей «музыкалке» это было нововведением! А потому обучалась по классу фортепиано и по классу вокала одновременно. В чем и преуспела под началом Галины Великохатской и Людмилы Шаля, которая первой и обнаружила у меня лирическое сопрано, но не столько вокальные данные, сколько склонность к классической музыке.

Говорят иногда о колоратурном сопрано или меццо-сопрано, но в последние годы в той же Европе не принято разделять и обычно специалисты говорят просто – «сопрано». Тут мы сильно отстаем от Европы, за последние двадцать лет утратили свое лидерство. У нас ведь и фониаторов толком нет, послушать и оценить голос мало кто может. На природных данных и выезжаем.

После окончания одиннадцатого класса и заодно музыкальной школы встал выбор, что делать дальше? Выбрала Донецк мама, которая побоялась меня отпускать в Москву и Киев, и потому отправила единственную доченьку в столицу Донбасса, которая не так далеко.

Здесь тоже было непросто. В Консерваторию не берут без музыкального училища, а у меня была только школа. Все же приняли. Правда, для этого я два года отучилась на подготовительном отделении. Такое возможно только с вокалистами, с инструменталистами такие трюки не проходят – у них много дополнительных предметов.

Считаю, что это очень правильно, потому что порою бывает так, что в консерваторию приходят люди буквально с улицы – появляется вдруг на пороге какой-нибудь уникальный бас-самородок, который пришел в валенках по морозу. И куда с ним, с таким даром?

Я сразу написала заявление на распределение к Алине Коробко, так как мне сказали, что учиться надо только к ней, - она звезда! Алина Николаевна потрясающий человек и гениальная певица! Она научила меня всему, что я успела взять за семь лет. Но и сейчас часто прихожу в класс заниматься с ней. А партии для Большого учу только со своим любимым концертмейстером Еленой Трофименко. В общем, ничего не меняется. Только сцены.

Мне 27 лет и я настороженно отношусь к массовым конкурсам талантов, вроде «Х-Фактора» или «Украина имеет талант» и в них участия не принимала и не пробовала. Прежде всего потому, что они не дают возможности выбирать и там все очень регламентировано, то есть участник, который потом становится лауреатом или победителем, попадает в кабалу: ему говорят, что делать, где выступать, сколько тебе заплатят. Без обсуждения – ты подписал контракт!

Говорите, что с Алексеем Кузнецовым похожая история? Он победил в первом украинском «Х-Факторе»? Я с ним, к сожалению, не знакома, телевизор редко смотрю, но очень может быть…

Конечно же, я участвовала в классических вокальных конкурсах. Стала дипломанткой международного конкурса молодых оперных певцов Елены Образцовой, который проходил в Санкт-Петербурге, в 2009 году и очень давно, в 2002 году – лауреатом второй премии международного конкурса патриотической песни «Молодая Гвардия», который проходил в Краснодоне. В 2010 взяла третье место в Международном вокальном конкурсе имени Шаляпина, а в конце года меня удостоили звания Молодежный «Триумф» года. Это первая негосударственная российская премия в области высших достижений литературы и искусства.

Хочу еще посоревноваться, но на подготовку к конкурсу нужно время, пока очень насыщенный график. Конкурсы очень закаляют – всем советую не боятся и участвовать. Всегда с конкурса приезжаю на заметно более высоком уровне. Послушаешь, посмотришь – хочу как они! И появляется мотивация.

Настроение это главное, ведь мы так эмоционально зависимы. Поплакала – петь не могу, посмеялась – не звучу! Волнуюсь – голос дрожит, расслаблена – не могу собраться и сфокусироваться. Боже, мы такие хрупкие создания!

Я не считаю оперу старомодным и мало кому интересным жанром. Это очень ограниченный взгляд на оперу! Да, девочки действительно хотят, чтобы ими восхищались мальчики, но оперных певцов и певиц тоже сегодня пусть нечасто, но показывают по телевизору и ими восхищаются, дарят цветы, пусть и не мальчики, но мужчины. Мальчики не очень понимают оперу, а некоторые и вообще никогда ее не поймут. Потому что интеллектуально это достаточно трудно.

Я не могу сказать, что я выбрала оперу. Это опера выбрала меня. Мне в детстве смешно было смотреть на оперных певиц, как они гримасничают, как губки складывают, как ручки держат, носик морщат, но все сложилось именно так, что я оказалась именно в опере, а не на эстраде.

Мне сначала стало интересно. Потом стало нравиться. Потом стало все сложнее и сложнее и это как-то задирало, заставляло брать себя в руки и говорить самой себе, что делать и чего не делать, чтобы добиться более высокого результата. Как соревнования, как спорт. И самое сложное для меня – техника исполнения. Ее нужно оттачивать постоянно.

Вокал – это техника дыхания. У меня живой организм, а не музыкальный инструмент. Если фортепиано расстроится или у смычка порвется волос, то их можно настроить и поменять. Да и то могут они после этого зазвучать иначе. В случае с голосом мы имеем всего лишь две связочки, по сантиметрику, и если с ними что-то не так, то их не поменяешь, как сейчас научились менять губы или нос.


Алина на канале Культура в январе 2011 года

В 2008 году я выпустилась из донецкой консерватории имени Сергея Прокофьева и уже на следующий год поехала в Москву. Я уже попробовала Белокаменную на зуб к тому времени, когда ездила на разные мастер-классы. Немного обучалась в Баховской академии, что помогло мне со сложной немецкой музыкой.

Я амбициозная, да. По-хорошему неудовлетворенная. Я отпрашивалась у преподавателей и работодателей. Ведь я к тому времени уже была солисткой оркестра шахты имени Засядько и солисткой музыкально-драматического театра имени Артема.

Со второго курса и почти год после окончания консерватории работала в театре, то есть целых пять лет. Под нас, под молодых вокалистов Марк Бровун придумал интересную программу, которая должна была оправдать приставку «музыкально» к слову «драматический». Ставили «Свадьбу Фигаро» Моцарта, где пела Сюзанну. Потом появилась идея мюзиклов, которых в репертуаре с каждым годом становилось все больше.

Алина Яровая и Владимир Спиваков
Владимир Спиваков и Алина Яровая

Часто принимаю участие в концертах Национального филармонического оркестра России и «Виртуозов Москвы» под управлением Владимира Спивакова. Очень люблю его – Владимир Теодорович гениальный музыкант! Мы много гастролировали по разным городам России, Белоруссии, Франции и Соединенных Штатов, Китая! Так же я вхожу в состав Молодежного сборного оркестра СНГ, с которым мы давали концерты в ООН, что в Нью-Йорке, и в ЮНЕСКО, что в Париже.

Осенью 2010 года попробовала партию Церлины в очень новаторской постановке оперы Моцарта «Дон Жуан» в Большом. В декабре того же года исполнила партию сопрано в Большой мессе До минор Моцарта с Московским камерным оркестром Musica Viva.

Алина Яровая в свадьбе Фигаро
Алина Яровая и Дмитрий Федоров в Свадьбе Фигаро

Девять лет прожила постоянно в Донецке. Пока что меньше, чем в Луганске. Сейчас чаще в Москве, но не могу сказать, что я луганчанка, дончанка или москвичка. Я – приглашенная солистка и гражданин мира. Дом для меня это то место, где тепло, и где любимый человек.

С мужем мы познакомились давно, уже семь лет. Димочка – дончанин, занимается бизнесом, продает отопительные системы. Познакомились на море. Наверное, у нас был курортный роман. Есть такой пансионат у шахты Засядько потрясающий, как «Солнечный камень». Я взяла туда путевку, как вокалистка оркестра, а у него – папа шахтер, и он тоже поехал отдохнуть.

Вот и приехали – я с мамой, а он – с папой. Так и познакомились. Сразу поняли, что смотрим друг на друга. Период ухаживания был долгим и интересным, но как-то опять же сразу стало понятно, что мы вместе. Пусть поженились мы официально только в августе прошлого года.

Мне повезло, что Господь дал такой дар и я сумела его реализовать. Я была как раз на конкурсе Елены Образцовой в Санкт-Петербурге и ко мне подошли организаторы конкурса и Молодежной программы Большого театра и сказали, что есть возможность попробовать свои силы. Им эта идея пришла только весной 2009 года, за лето они ее оформили и все организовали, дали объявления буквально за месяц до первого тура, а осенью уже провели состязания. В отборе Молодежной программы Большого участвовали почти 400 человек со всего экс-СССР, а отобрали всего десять…

У меня были чудесные педагоги - звезды мировой оперной сцены! Елена Образцова, Лора Клейкомб, Евгений Нестеренко, Дмитрий Вдовин, Светлана Нестеренко. Мы работали с известными дирижерами и приглашенными конецертмейстерами-тренерами. Это была большая школа для меня, давшая путевку в профессиональную жизнь.


Канал Вести о Молодежной программе Большого

Молодость в опере вовсе не недостаток. Так вышло, что Молодежных стажерских групп у нас нет в театрах, вот и сложился у людей стереотип, что Джульетте под пятьдесят, а под Татьяной сцена трещит! Но посмотрите на Европу – там полно молодых и интересных.

Меня приглашали за рубеж и приглашают. В 2012 году поеду в «Реал», что в Мадриде, буду в «Борисе Годунове» нашем петь Царевну Ксению. Сейчас очень любят национальные примочки, которые придают опере колорит.

Елена Образцова часто ездит в Корею и Китай, где дает курсы и мастер-классы, так те же китайцы на конкурсах международных, часто поют именно русские произведения. Корейцам чуть легче, потому что язык ближе, но и тем, и другим очень нравится, буквально обожают!

Как выпускница молодежной программы Большого театра я стала приглашенной солисткой и в ноябре сразу пела в «Волшебной флейте» Вторую даму, потом в «Любовь к трем апельсинам» Прокофьева – принцессу Нинетту и дебютировала на основной исторической сцене в «Борисе Годунове» с Царевной Ксенией.

Весной буду петь главную партию в «Волшебной Флейте». Вообще, «Годунов» был вторым спектаклем после открытия Большого, потому было очень интересно, столько было вопросов и переживаний по поводу акустики и сцены!


Май 2010 года, концерт в ООН с Владимиром Спиваковым

Куда дальше? Люди обычно мыслят так, что вот есть театр, в котором может лежать или лежит трудовая книжка, но есть различные конкурсы, прослушивания, где отбирают новые голоса, ищут яркие индивидуальности, делятся опытом. Ведь опера меняется - приходят новые лица, дирижеры и режиссеры.

Сегодня режиссер играет не меньшую, а то и большую роль, чем дирижер. Раньше такого не было.

Времена, когда солист выходит на сцену, становится в определенной ее точке, складывает руки на животике и поет, а затем переходит на другую мизансцену и там, совершенно статично отпевает другую арию, и так же печально и неторопливо переходит на третью и заключительную сцену - прошли...

Нужны молодые-красивые, с хорошими актерскими данными, спортивные и подкованные, со знанием языков.

Они должны уметь не только блестяще петь, но и немного играть, немного двигаться, а также отбарабанить любой текст на нужном языке. С актерским мастерством мне очень помог драматический театр и это отмечают все режиссеры. Они меня очень любят! И все потому, что у меня были чудесные партнеры и наставники – большие профессионалы и мастера сцены!

Когда я училась, то не понимала, о чем пела. Вышла такая, бровки домиком, потому что музычка грустная, запела. Сейчас без того, чтобы получив на руки текст и не залезть при этом в Google-транслейтор, - речи нет! Я свободно говорю по-английски, изучаю итальянский и немного понимаю французский, собираюсь заняться немецким.

«Я звучу две недели в году и то в отпуске», - говорила одна оперная певица. Я не знаю кто именно так сказал, но с ней согласятся все вокалисты.

Это же театр, какой бы он ни был, но всегда и везде - сквозняки. Балетные - в халатах и гетрах, греются, а мы заматываемся шарфами и уже неважно как выглядим. Покашлять– милое дело! Не потому, что заболели, а так, проверить, на месте ли голос!?

Постоянно живу в Донецке с мужем и в Москву - летаю. На родине выступаю, но на спектакли в Большом – всегда, как штык. Там живу в гостинице, она рядом с театром. Мне оплачивают. Если новый спектакль, то нужно не меньше полутора месяцев на постановку.

Большая ошибка молодых солистов – петь все подряд. Нельзя бегуну метать ядро, он собьет ритм. Нельзя оперному певцу петь не свой репертуар, потому что это плохо для голоса – его можно просто потерять. Если я хочу петь долго, то я должна выбирать и, к сожалению, отказывать.

Дома же занимаюсь каждый день. Муж немного страдает, а что делать – профессия такая. Хорошо, что не пианистка – они по десять часов в день занимаются, а вокалистам больше двух часов петь нельзя. Нужно отдыхать, спать и есть. Басы говорят: ноту До нужно искать в тарелке!

Муж болеет за итальянскую сборную по футболу, смотрит, следит, а потому и я тоже немножко в курсе. Посмотрела и фильм о братьях Кличко. Поменяла свое отношение к боксу. Они - большие молодцы! Я думала, сила есть – ума не надо, а тут тоже нужна техника и продуманная стратегия. Кто-то и про певцов так думает – голос есть, поет как птичка и что голова у вокалиста должна быть пустая, чтоб лучше резонировало! Зачем учиться?

В действительности же, чтобы публика получила удовольствие, нужно много трудиться и соблюдать режим. Правильное питание, ежедневные тренировки. Ну чем не сестра Кличко!?

В машине у Алины играет «Кавалер Розы» Штрауса. Учит новую партию.

вКонтакте | в FaceBook | в Одноклассниках | в LiveJournal | на RuTube | на YouTube | Pinterest | Instagram | в Twitter | 4SQ | Tumblr | Google + | Telegram

All Rights Reserved. Copyright © 2009 Notorious T & Co
События случайны. Мнения реальны. Люди придуманы. Совпадения намеренны.
Перепечатка, цитирование - только с гиперссылкой на http://fromdonetsk.net/ Лицензия Creative Commons
Прислать новость
Reklama & Сотрудничество
Сообщить о неисправности
Помочь
Говорит Донецк