Театр

Место для зрелищ. Актер, актриса, зритель, протагонист, герой, сцена, драма, комедия, трагедия, балет, мюзикл, оперный. Катарсис. Талия, Мельпомена.

Про истинную Пиковую даму Донецкой оперы

Недавно один френд написал мне: «куда всё проваливается? неужели неизбежна эта волна, смывающая всё - и вещи, и людей, и память, и ощущения?...ничего ведь не остаётся». Я тоже часто думаю об этом. И вот, мне пришло вдруг в голову, что на целом свете сейчас, похоже, нет совсем-совсем никого, кто хоть иногда вспоминает Нину Михайловну. Никого, кроме меня и брата. Нину Михайловну, когда-то легендарную, блиставшую, царившую, порхавшую, и к ногам которой – все и всё. Тут будет много букв - но мне кажется, что истаявшая драматическая жизнь их вполне заслуживает. Ну, хотя бы таких - уж как умею.

Только что я с горечью обнаружила, что сегодня на сайте Донецкого театра оперы и балета о ней – всего одно упоминание: что она танцевала партию Лауренсии в первом балетном спектакле в истории нашего театра 7 августа 1941 года. А кроме этого, в целом огромном «гугле» – лишь еще одна короткая фраза: преподавала, мол, после войны. Больше ничего. А между тем, много лет назад в доме моего детства, по улице Артема, 80а, все знали, что в нашем шестом подъезде в квартире №60 живет бывшая прима-балерина нашего театра оперы и балета, заслуженная артистка Нина Михайловна Гончарова. Все знали, все испытывали положенный пиетет – и все держались от нее подальше. Потому что она была – истинная старая Пиковая дама. Зловещая, похожая на «характерный» набросок тушью по акварели, и словно окруженная темной дымкой.

Нина Михайловна была очень сухонькой маленькой старушкой с безупречно прямой спиной. Поредевшие волосы в завитом удлиненном «каре» красила в темно-коричневый цвет с бордовым отливом – думаю, там была какая-то ядреная смесь хны с басмой, при ее-то пенсии и ассортименте магазинов. Еще она красила тоненькие брови и губы. Глаза у нее были очень темными, лицо – очень бледным. И очень, очень злым. Губы – в ниточку. Взгляд – сверлящий.

Очень ярко помню ее в длинном трапециевидном плаще-«пыльнике», пресловутом «летнем пальто» родом из уютных пятидесятых. Шелковая косынка на шее. И непременно берет на голове, заломленный на бок, как у пажей, огромный, бархатный, темно-фиолетовый. Очень тяжелые крепкие старомодные духи – что-то, вроде советского «Черного домино». Мрачноватая фигура, которую не трогательной, не анекдотичной, не карикатурной, а просто-таки жутковатой делал неизменный верный спутник – крохотный пинчер Тоба - «Тобик», «Тобочка». Самая злобная собачонка, какую я встречала в жизни. Лупоглазое, всегда мелко трясущееся черное существо на тоненьких подламывающихся лапках. Видимо, в весьма уже почтенном возрасте. Обманчиво умилительное (так-то с виду этот истерик был похож на трогательного нано-олененка) – и готовое откусить тебе руку по локоть или по что там дотянется, только потеряй бдительность. «Тобик» не молчал вообще никогда. Тонкий визгливый скандальный лай – по любому поводу. Из-за двери, если кто-то проходил по площадке (а как не пройти, если Нина Михайловна жила на самом нижнем этаже?). При встрече с любым прохожим. Да просто так – от полноты паскудных чувств. «Дружочек Тобочка», кажется, вообще перманентно жил за дверью на коврике, дрожа в истероидной надежде на появление объекта для скандала. Чтоб облаять во всех смыслах слова.

Память о гастролях легенды

80 лет назад, 19 декабря 1936 г. Сталино посетил с гастролями Платон Иванович Цесевич.

Платон Иванович Цесевич.

Его называли вторым Шаляпиным, а он неизменно отвечал на это: «Я не второй Шаляпин, я первый Цесевич». Известный оперный певец, легендарная личность в истории украинского и русского оперного искусства Платон Иванович Цесевич родился в селе Негневичи Гродненской области Белоруссии в семье ремесленника 25 ноября 1879 г. Голос с раннего детства у него был сильным и звонким.

В десятилетнем возрасте он был принят в лучший в Киеве церковный хор Софиевского Собора дискантом. Там получил и первое музыкальное образование под руководством Я. Калишевского. Он прослужил солистом в хоре 5 лет; окончил школу и два года проучился в духовном училище. В 15 лет у Платона начал ломаться голос, и он ушел и из хора, и из училища. Вместе с семьей он переехал в Екатеринослав.

Пока нельзя было петь, Платон работал у отца столяром. Он освоил специальность модельщика в литейном цехе Екатеринославского металлургического завода. Потом некоторое работал в Синельниковских железнодорожных мастерских. Он всю жизнь гордился тем, что получил опыт рабочего. В свободное время он пел в рабочем хоре баритоном.

В это время в Екатеринославе в музыкальном училище работал педагог Й. Левин, выпускник Петербургской консерватории, ученик знаменитого итальянского маэстро К. Эверарди. Платон Иванович обратился к нему с просьбой, давать ему уроки пения. Прослушав его, Левин понял, что голос надо настраивать как бас. Восемь месяцев он работал с молодым певцом и приучил его к тому, что надо выбирать только самый лучший репертуар, отдавая предпочтение классике.

О почти случайной встрече с Сергеем Юрским

Это – отдельный текст совсем, без всяких хэштегов, конечно. Такой текст, где слово «звезда» вопиюще неуместно и мелко. Я в последние дни все время вспоминаю что-то, а это воспоминание – совершенно отдельное и ценное, стоящее на особой полке. И вот уже целый день я его проживаю заново, возвращаюсь к нему мыслями – и пока не запишу, наверное, не перестану. В общем, вот…

Однажды, давно, мой хороший приятель-меценат пригласил меня в Мариуполь – он организовал приезд Сергея Юрского в полузабытом формате «встречи со зрителями». Он меня просто как гостя пригласил, не как журналиста, и вечер в театре был удивительный. Юрский читал, рассказывал, отвечал на записки, и был таким чудесным, таким всеми любимым… Мы руки отбили, аплодируя и не отпуская его со сцены, не желая расставаться.

Но прощаться все равно пришлось.

А дальше случилось вот, что. Приятель-меценат знал, что завтра утром мне обязательно нужно быть дома. А Сергея Юрьевича уже ждала машина, чтобы везти в аэропорт в Донецк. И вдруг приятель робко спросил Юрского, не будет ли тот возражать, если я поеду с ним.

Юрский был не просто удивлен. Он был оскорблен. Тем, что кому-то вообще пришло в голову, что он может отказать.

И в итоге мы с ним уселись рядом на заднее сиденье машины, и я совершенно оцепенела. От почтения, от странности ситуации, от незнания, как себя вести – молчать? говорить?

Видимо, Сергей Юрьевич мое смущение понял – и пришел мне на помощь. Он заговорил со мной сам. Стал расспрашивать о том, кто я, какая я, что делаю, чем интересуюсь, что мне нравится и что не нравится. Это были не просто вежливые вопросы, а искренний интерес, и я отвечала, чувствуя себя все более легко. И дальше разговор стал именно разговором – о чем только мы не переговорили! О политике, об искусстве, о стихах, о плохих и хороших людях, о его отце, жене и дочери, о друзьях, коллегах, Товстоногове, кино и театре, поэтах и уходящем жанре чтецкого искусства… Периодически мне хотелось, как в книжках, себя ущипнуть, потому что никак не верилось, что это происходит на самом деле. Вот машина едет по ночной трассе, у водителя тихонько играет какая-то приятная музыка, на переднем сиденье дремлет сопровождающий, а я сижу сзади бок о бок с самым настоящим Сергеем Юрьевичем Юрским и говорю с ним, как будто знаю его миллион лет, и ему правда интересно, что я думаю, а на мои вопросы он отвечает так, будто от его ответа зависит что-то по-настоящему важное.

Кукольных дел мастер

По части КИП и автоматики Сергей Колесниченко на донецкой шахте имени газеты «Социалистический Донбасс» отработал больше десяти лет. Потом стал… механизатором. Нет, к селу это отношения никакого не имеет. Это имеет отношение к театру. Да еще и к кукольному.

Сергей Колесниченко

Как утверждают историки, первые упоминания о них относятся к третьему веку нашей эры. На Руси они появились в XVII веке и назывались Петрушками. Сами куклы бывают верховыми и низовыми, планшетными и теневыми, керамическими и… какими они только не бывают! Но чтобы свершилось чудо и они ожили, во всех случаях, оказывается, без механика не обойтись.

В Донецком театре кукол им и работает Сергей Колесниченко. В цехе, где готовят и сопровож­дают спектакли, делают для них кукол, у него свое место. На столах лобзики, фанера, особая гордость Сергея – станки, и новые куклы. Вот Медведь. Пока к нему не прикоснулась рука мастера – деревяшка деревяшкой, хоть и в расшитой рубахе. Но Сергей поколдовал над ней, нажал какую-то пимпочку – и Медведь открыл глаза, поднял лапу: «Привет, ребята!»

В Донецке поставят спектакль о войне

Победитель «Конвейера проектов» всероссийского молодежного форума «Таврида-2015», драматург из Екатеринбурга Андрей Куприн в конце июля представит в столице ДНР совместную работу с актерами из РФ о Донбассе. Об этом режиссер сообщил на своей странице в социальной сети.

«Мы едем в Донецк показывать спектакль «Родная земля. Дневники Донбасса». В состав нашей команды входят актеры из шести городов России: Екатеринбурга, Москвы, Ростова на Дону, Мурманска, Каменск-Уральского и Набережных Челнов. Также мы планируем для нашей постановки пригласить актёров из Донецка. Покажем спектакль ориентировочно в 20-х числах июля», – сказал Куприн.

По словам режиссера, в основе сюжета лежат реальные истории людей о войне на Донбассе. Среди героев как бойцы ополчения, так и мирные жители. Материал для спектакля Куприн собирал во время своего приезда в ДНР в октябре прошлого года.

«Я хочу показать, как защищают свой дом, когда на порог приходит война. Герои рассказывают о своем опыте, как они пережили это все. В спектакле нет ни капли вымысла. Актеры играют реальных людей», – отметил он.

В Донецк российские актеры приедут 15 июля, еще неделю они потратят на репетиции. При этом Куприн решил отказаться от традиционной театральной сцены. Место показа еще не определено, но согласно задумке автора, спектакль будет сыгран в пустом полуразрушенном здании.

Молодой драматург и режиссёр из Екатеринбурга Андрей Крупин стал обладателем одного из самых крупных грантов размером в 250 тысяч рублей на «Конвейере проектов» в рамках всероссийского форума творческой молодежи «Таврида-2015», который прошел в Крыму прошлым летом. Он предложил написать документальную пьесу о Донбассе под названием «Родная земля» и поставить спектакль по ней. Премьера спектакля состоялась в июне этого года в Екатеринбурге. Тогда в качестве площадки актеры выбрали здание заброшенной больницы.

Репертуар Донбасс Оперы восстановлен почти полностью

Донецкий государственный театр оперы и балета восстановил восемьдесят процентов своего довоенного репертуара. Об этом корр. ДАН рассказала сегодня режиссер-постановщик театра Валентина Куркчи-Максина.

«За эти два года мы смогли восстановить свой репертуар где-то на восемьдесят процентов. Уничтоженные во время обстрелов декорации изготавливались заново в наших мастерских. Российские коллеги тоже нам очень помогли, как с декорациями, так и с костюмами. Многие спектакли восстанавливались долго, по кусочкам, можно сказать рождались заново», – сказала она.

По словам режиссера, были восстановлены: «Травиата», «Риголетто», «Севильский цирюльник», «Богема», «Кармен», «Набукко» и другие спектакли. Сегодня после долгого перерыва была показана опера «Аида». Декорации к ней восстановлены практически полностью, за исключением одной детали – большой статуи в форме головы.

«К сожалению, в репертуаре пока отсутствует опера «Турандот», но в следующем сезоне она будет восстановлена. Сложнее дела обстоят с балетом «Спартак» и оперой «Летучий Голландец» – декорации этих спектаклей сгорели полностью», – отметила Куркчи-Максина.

Напомним, что в результате обстрелов летом 2014 года загорелся склад «Донбасс Оперы». В результате были полностью уничтожены декорации целого ряда спектаклей, в том числе – дорогие и сложные декорации к опере «Летучий Голландец». Летом 2015 года Большой театр передал «Донбасс Опере» часть своих старых декораций.

Отсюда

Страсти по Торчалову, или Премьера с Барбариской

Мальтийская болонка по кличке Барбарис стала первой за 10 лет собакой, сыгравшей роль на сцене Донецкого государственного академического музыкально-драматического театра. Об этом ДАН сообщил режиссер-постановщик спектакля «Страсти по Торчалову» Василий Маслий.

«В спектакле пес – полноценный персонаж. Он появляется в самом конце и всего в одной сцене, но при этом по сюжету играет хоть и небольшую, но важную роль, — рассказал собеседник агентства. — Для того чтобы выбрать собаку для спектакля мы провели в прошлую субботу специальный кастинг. В ходе кастинга выяснилось, что мальтийская болонка Барбарис ведет себя спокойней всех претендентов и прекрасно смотрится на сцене».

В столичной муздраме рассказали, что предыдущее выступление собаки в качестве актера на сцене театра состоялось ровно 10 лет назад в спектакле «Любовь в стиле Барокко». Роль в этой постановке сыграл пес породы бассет, принадлежавший одному из артистов.

Премьера спектакля «Страсти по Торчалову» при полном аншлаге состоялась на сцене муздрамы накануне, 15 апреля. Показ спектакля прошел при полном аншлаге. На пресс-конференции перед началом спектакля директор и художественный руководитель театра Наталия Волкова отметила, что Донецкая муздрама делает все возможное, чтобы радовать зрителя интересными премьерами.

«Несмотря на военное время и все сложности, мы работаем и приближаемся к тем цифрам, которые показывали в довоенное время — и по количеству премьерных спектаклей, и по количеству зрителей», – сказала она.

«Страсти по Торчалову» – пьеса современного российского драматурга Никиты Воронова, написанная им в конце 90-х. Первый спектакль по этой пьесе был поставлен в 1997 году в московском Театре на Малой Бронной. Первым режиссером, поставившим эту пьесу, был Лев Дуров. Сегодня спектакль «Страсти по Торчалову» ставится многими театрами на постсоветском пространстве и пользуется популярностью.

Действие пьесы происходит в Чистилище, которое в трактовке автора похоже на старое общежитие со скрипучими кроватями, общей кухней и душем. Им управляют строгая женщина-комендант и милиционер, который вполне может «огреть» за непослушание дубинкой. Проснувшись в этом месте, главный герой узнает законы нового для себя мира, знакомится с его обитателями. Он не может покинуть Чистилище, пока не поймет, в чем его главный грех, в этом и заключается главная интрига произведения.

Отсюда

Виртуозы пошивочного цеха

В «Донбасс Опере» готовили к сдаче новый спектакль. Театр ставил «Стойкого оловянного солдатика». Святые часы: наносятся последние штрихи, расставляются последние акценты и интонации, и, хотя актеры двигаются по сцене еще в своих обычных одеждах, кажется, что спектакль, как новогодняя елка, вот-вот вспыхнет всеми огнями
Как на капитанском мостике, с уютно горящей лампой за столиком в зале режиссер-постановщик спектакля Оксана Антоненко.

Стойкий оловянный солдатик

Постановка «Стойкого оловянного солдатика» для нее первая. Первая, но не единственная. Оксана уже не раз принимала участие в подготовке спектаклей: «Турандот», «Золушка», а «Бал-маскарад» она вообще приняла от своего учителя, народного артиста России Юрия Лаптева. В люди же впервые вполне самостоятельно Оксана выходит под руку со «Стойким оловянным солдатиком».

– Мы так тщательно и с такой любовью готовили спектакль, что почти не сомневаемся в его успехе, – говорит Оксана. И вдруг, приняв заговорщицкий вид, она предлагает: – А давайте я поведу вас к тем людям, кто готовил его вместе со всеми, кто достоин разделить заслуженные аплодисменты, но вот парадокс: все они достанутся другим, а самих этих соавторов спектакля никто просто не увидит.
Нам повезло, мы увидели, познакомились с ними. Клавиши-ступеньки театра, два-три поворота в его коридорах – и вот он, здравствуйте, пожалуйте в его пошивочный цех. Если согласиться с тем, что театр имеет заводскую структуру, то именно этот цех и является в нем одним из главных. Ибо сказано и в театре проверено: встречают-то, что ни говори, по одежке.

Живая летопись Донецкой муздрамы

Актерский состав Донецкого государственного академического музыкально-драматического театра богат яркими талантами. О любом из них поведи рассказ – и откроется бездна драматических и остроумных граней. Но мало в творческом коллективе найдется артистов, которых без преувеличения можно назвать живой летописью театра. Один из таких – Николай Крамар, человек, отдавший донецкой муздраме уже более полувека

Николай Крамар

Бохумский набат

Актер Николай Крамар «посетил сей мир в его минуты роковые», и кто знает, возможно, именно плотная концентрация детских впечатлений и проложила лыжню его будущего драматического пути. Выражаясь театральным сленгом, в первом акте его биографии ружье слишком демонстративно висело на стене, оно просто обязано было когда-нибудь выстрелить.

Родился Николай Петрович в 1936 году, то есть суровую годину встретил уже вполне осмысленным ребенком, способным понимать и, главное, помнить. Война вошла в дом нашего героя весной 1942 года в мундире итальянского мародера, от которого мать лихорадочно пыталась спрятать в сарае козу. Пока «легионеры» Муссолини истово гребли в свои вещмешки нехитрый скарб простых горловских работяг, родственники Крамара, осознав падение своего уклада, на скорую руку собрали уцелевшее имущество и эвакуировались. Маленький Николай вместе с матерью присоединился к беженцам. Так началась его ранняя одиссея.

Большие страсти малой сцены

Донецкий государственный академический музыкально-драматический театр снова радует своих почитателей премьерой. В этот раз публике предложен не совсем традиционный спектакль – «Двое на качелях». Метод «театра-круга», использованный в постановке режиссером Петром Демченко, в донецкой муздраме представлен впервые. И смелый эксперимент благодаря талантливому воплощению и безукоризненной актерской работе обернулся очередной победой нашего театра!

театр - круг

Букет экспериментов

Пьеса американского драматурга Уильяма Гибсона «Двое на качелях» давно внесена в золотой фонд мировой сцены. Не чужда она и русской традиции: еще в 1962-м воплощена Олегом Ефремовым в московском «Современнике», пользовалась успехом. В нынешнем году Галина Волчек возродила постановку, задействовав в спектакле Чулпан Хаматову и Кирилла Сафонова. Однако «Современник», да и многие другие театры, ставят «Качели» в традиционном, классическом формате – на большой сцене. Донецкая муздрама и ее режиссер Петр Демченко рискнули сразу на несколько экспериментов: во-первых, произведение перенесено на малую сцену; во-вторых, при его постановке взят за основу принцип «бедного театра» Бертольда Брехта, то есть декорации и реквизит минимальны, а то немногое, что все-таки используется, доведено до символа. Кроме того, донецкая публика через данный спектакль получила возможность ощутить на себе завораживающую близость «театра-круга».

Ленты новостей

вКонтакте | в FaceBook | в Одноклассниках | в LiveJournal | на RuTube | на YouTube | Pinterest | Instagram | в Twitter | 4SQ | Tumblr | Google + | Telegram

All Rights Reserved. Copyright © 2009 Notorious T & Co
События случайны. Мнения реальны. Люди придуманы. Совпадения намеренны.
Перепечатка, цитирование - только с гиперссылкой на http://fromdonetsk.net/ Лицензия Creative Commons
Прислать новость
Reklama & Сотрудничество
Сообщить о неисправности
Помочь
Говорит Донецк