Память

Способность сохранять, накапливать и воспроизводить информацию, также длительно ее хранить без существенных изменений с целью дальнейшего использования.

Беседчик и доменщики

85 лет назад, в декабре 1934 г. журналист, беседчик, документалист и писатель Александр Бек посетил Сталино. С 1931 года он работал в редакции горьковской «Истории фабрик и заводов». Первая повесть А. Бека «Курако» была опубликована в мае 1934 г. в журнале «Знамя». Посвящена она известному русскому металлургу-доменщику, сыгравшему большую роль в становлении Юзовского металлургического завода Михаилу Константиновичу Курако.

Бек

Мечтой А.Бека было написание большого романа о доменщиках Донбасса. Для этого ему необходимо было провести в нашем городе целый ряд бесед. Автор создавал так называемый «Кабинет мемуаров», задуманный А.М. Горьким. К сожалению, весь архив «Кабинета» сгорел во время войны, а роман «Доменщики» так и не был написан. Но свои впечатления о встречах с выдающимися людьми нашего города писатель отразил в книге «Почтовая проза: Письма, дневники, встречи, заметки, наблюдения».

Записи из дневника о беседах в А. Бека в г. Сталино имеют большую ценность для изучения истории нашего города и его замечательных жителей. Интересно, что многие названные в дневнике люди в дальнейшем были подвергнуты репрессиям и о них известно очень мало.

История одной фотографии со слета молодых авторов в Сталино

Осенью 1933 г. в Сталино проходило первое совещание, или, как тогда говорили, слёт молодых авторов «литкружковцев». Из Москвы приехала большая группа писателей – Юрий Олеша, Иван Касаткин, Алексей Селивановский, Кирилл Левин, Яков Шведов, Ярослав Смеляков. Их поселили в гостинице «Металлургия».

Юрию Карловичу предоставили номер-люкс. Ждали Михаила Светлова. Но вместо него самого пришла телеграмма. Её зачитал Юрий Олеша: «Всех люблю без громких слов. Обнимаю. Ваш Светлов».

олеша

Участники литературного совещания из рук в руки передавали первый номер альманаха «Год шестнадцатый», который начал издавать Максим Горький. На совещании присутствовали критик Дмитрий Мирский, писатель Юрий Черкасский, украинский поэт Микола Нагнибеда.

Про Ирину Николаевну Клементьеву

Если меня спросят, кто - настоящий журналист, я скажу: Ирина Николаевна Клементьева. Ушедшая сегодня. В 85 лет. Из которых 63 года проработала в профессии, практически до последнего дня.

Ирина Николаевна - один из самых лучших людей, каких мне случилось встретить за всю жизнь. У меня не хватит слов, строк (она мерила по-прежнему "строками"), знаков с пробелами или без, чтобы описать, какая она.

Ирина Николаевна Клементьева

Она - моя крестная мама в профессии. И крестная мама в профессии для моего старшего брата. И еще для очень, очень многих людей.

Культура и досуг рабочей молодёжи Сталино в 1936 году

5 декабря 1935 г. газета "Соц. Донбасс" уделила много внимания образованию, культуре и досугу молодёжи. Перед украинской конференцией молодых учёных планировалось созвать в Сталино областную конференцию. В институтах Донбасса началась подготовка к этим серьёзным научным форумам. Отбирались кандидаты, проходил просмотр докладов.

заботы молодёжи

Студенты и преподаватели Донецкого медицинского института готовились к предстоящим выпускным государственным экзаменам. Закончившие теоретическую программу выпускники института находились на предвыпускной практике в лечебных учреждениях города Сталино. Экзамены планировалось начать 28 декабря и продлить до 10 февраля 1936 г.

Почему я люблю свое прошлое

Мне не за что его не любить.

Мой папа до последних дней жизни назвал маму "котиком", и я долгое время не подозревала, что есть семьи, где родители не любят друг друга. У меня не было деревянных игрушек - я играла немецкими куклами, а еще собирала картинки с конвертов, в принесенных папой учетных книгах ставила оценки воображаемым ученикам и падала в канавы с новенького бирюзового "Школьника". А еще мне ужасно нравилась кукла, которую мама однажды свернула из простыни - такими она играла в детстве. И хлеб с маслом и солью.

Моя юность бурлила страстями, в которой были экзальтированные слезы от первых разочарований и море восторга по самым разным поводам. Я закончила прекрасный вуз, меня окружали замечательные люди-калейдоскопы, я "ела" впечатления огромной ложкой сказочного папы-медведя из бездонной миски жизни и никогда ни о чем не сожалела. Мне не хватало 24 часов в сутках, чтобы влезть во все авантюры, которые магически манили, как прожекторы далеких портов)

Почтовый ящик, как портал в другую жизнь

Среди регулярных ритуалов, которые ушли навсегда, - отношения с почтовым ящиком как с порталом в большую жизнь. Ждать почту и забирать почту из ящика в подъезде, настолько распухшего, что она даже не вываливалась в руки, а торчала колом. И в этом всегда было немножко праздничного предвкушения.

ВО-ПЕРВЫХ, письма. Мы очень много переписывались: друзья и родственники жили в разных городах Союза, письма были большие и подробные, иногда из конвертов выпадали фотографии. Переписывались между собой взрослые, переписывались между собой дети, переписывались между собой взрослые и дети. Самой писать всегда было томительным соблюдением чувства долга, но всякий раз происходило одно и то же: неохотно садишься, вымучиваешь первые обязательные строчки, а потом внезапно расписываешься – и уже остановиться не можешь, сама себя перебиваешь, делишься событиями, воспоминаниями, впечатлениями… И не подозреваешь, что создаешь сейчас тот самый семейный архив, который потом, когда уже никого не будет в живых, станешь читать, давясь слезами и улыбаясь. Если письма были от «подруг по переписке» из Катовице и Магдебурга, то это праздник, потому что в конверт вложены маленькие глянцевые наклейки… не думаю, что те девочки испытывали аналогичный восторг, получая в ответ переводные картинки, мне ведь и в голову не приходило, что надо бы приложить инструкцию по использованию доисторических «переводок».

Как скрипач Давид Ойстрах и пианист Юрий Брюшков выступили в Сталино

25 ноября 1935 г. город Сталино с концертом посетили известные уже в то время скрипач Давид Ойстрах и пианист Юрий Брюшков. Концерт состоялся в Сталинском госдрамтеатре.

Ойстрах и Брюшков

Вот как это событие описал журналист под псевдонимом М. Вер. в газете "Соц. Донбасс": "Давид Ойстрах, завоевавший второе место на всемирном конкурсе в Варшаве, показал себя законченным, определившимся мастером. Безукоризненное владение инструментом, чистота звука, уверенная техника - выдвигают молодого виртуоза в первые ряды наших скрипачей. С большим блеском и неповторимой яркостью прозвучала в исполнении Давида Ойстраха Г. - мольная соната Тартини. В очень богатом и разнообразном содержании концерта Ойстрах показал, что его таланту одинаково свойственны и задорный, полный огня бравурный полонез Венявского, и насыщенная глубокой лирикой и нежными нюансами еврейская мелодия Ахрона. С истинным мастерством прозвучал и его ноктюрн Шопена, вызвавший бурю восторга у слушателей. Особую трудность для скрипачей всегда представляли произведения непревзойдённого скрипача Паганини, но и здесь Ойстрах показал себя достойным исполнителем его произведений.

Из пока неопубликованного о юности, городе и друге

Ну нет у меня другого места, где это можно было бы опубликовать. Я для журнала одного, вообще-то, писала, но журнал в муках скончался, и больше негде теперь. И при этом есть как минимум несколько человек, которым это прочесть будет важно. Потому что – об их юности, об их городе и об их друге. О таком невозможно и нельзя написать коротко, тут вполне журнальный объем, поэтому не нужно читать, если длинные тексты вам мучительны.

орлова
Это мама и бабушка. Маме лет двадцать. Обычный вечер, когда, как всегда, приходит в гости большая компания. Кто-то уже и пришел, раз сделал фотографию.

…Валерик ничего не знает о моем существовании. Потому что он умер за несколько лет до моего рождения. Тем более странным ему, вероятно, кажется где-то там, где он теперь, что на протяжении всей жизни я довольно много думаю, знаю и помню о нем. Я по нему даже скучаю, хотя никогда не видела. Это, конечно, потому, что еще остались люди, которые любили его, и они мне рассказывали. И выходит, что, если это правда – насчет «человек жив, пока его помнят», то Валерик Кормачёв поживет еще, и друзей своих переживет, и побудет еще тут, пока я. В последнее время я о нем думаю почему-то все чаще, и как будто что-то точит: «напиши, расскажи», - иди знай, может, это какое-то предчувствие, может, мне завтра кирпич на голову упадет, в общем, надо написать, пусть и тут, пусть и так. И, как ни крути, обо всех этих мальчиках и девочках хочется рассказать, как у Гладилина, «историю одной компании». Под «Високосный год» хочется, под любимую песню.

О холерном бунте в Юзовке или местечке Юзово

В конце августа 1892 г. газеты "Приазовский край" и "Южный край" поместили материал из "Екатеринославских губернский ведомостей" о беспорядках в Юзовке, вошедших в историю нашего города под названием "холерный бунт". Местечко в газетах называется то Юзово, то Юзовка. Здесь названия сохранены. Фото из Сети.

юзовка

"В «Екатеринославских губернских ведомостях» размещены следующие подробности о беспорядках в Юзове: «2 августа в местечке Юзовка Бахмутского уезда около 4-х часов пополудни собравшейся толпой горнорабочих произведены беспорядки, которые становились все более угрожающими, т. к. к волнующейся толпе стягивались горнорабочие соседних шахт, и толпа таким образом быстро возрастала в своей численности. Буйствовавшая толпа набросилась на лавки и питейные заведения, которые тут же были разбиты и подожжены ею.

Как я уехала туда, куда не мечтала, ровно пять лет назад

Пять лет назад, в этот день и в это самое время я ехала в пустом купе. Поезд следовал из Константиновки в Москву.

билет в один конец

Это был билет в один конец. Вскоре поезда домой ходить перестали.

В Константиновку, которая на украинской стороне, я ехала в переполненной маршрутке. Там было несколько детей, а сумок столько, что весь проход был ими заставлен. Когда мы стояли на блокпосту, я смотрела, как над посадкой неподалёку тает чёрное облачко.

"Пережидаем обстрел" - сказал водитель. Дети спали. А я думала,что если прилетит - я не выберусь из-за этих сумок, и никто не выберется.
Я ждала поезд на перроне три часа. Все три часа бродила туда-сюда с чемоданом, мозоля глаза ВСУ-шникам, которые там дежурили. В кармане у меня был билет до Москвы и удостоверение журналиста российского издания.

Ленты новостей

вКонтакте | в FaceBook | в Одноклассниках | в LiveJournal | на RuTube | на YouTube | Pinterest | Instagram | в Twitter | 4SQ | Tumblr | Telegram

All Rights Reserved. Copyright © 2009 Notorious T & Co
События случайны. Мнения реальны. Люди придуманы. Совпадения намеренны.
Перепечатка, цитирование - только с гиперссылкой на http://fromdonetsk.net/ Лицензия Creative Commons
Прислать новость
Reklama & Сотрудничество
Сообщить о неисправности
Помочь
Говорит Донецк