Что такое Культ Сакральной Холодной Дверцы

Наверное, это имеет религиозное значение - держать в холодильнике ректальные свечи.
В дверце холодильника должны были быть свечи, завернутое в кусок доисторической фольги нечто и уже дающая ростки головка чеснока.

Если дом был совсем прововерный, то там же должен был быть недовыдавленный тюбик неизвестной мази.
Поскольку у поколения моей бабушки-гинеколога была слабость к фармацевтической промышленности, (в конце концов это они придумали добавлять аспирин в соленые огурцы для большего хруста), то я думал, что ректальные свечи могут использоваться в изготовлении сливового джема. Для более маслянистой текстуры.
Но когда трагически однообразной зимой 92-го года я спросил бабушку о предназначении закладки в двери холодильника (который к тому же не работал после путча), то она сказала "пригодится".
Это была концепция "черного дня". Но проблема в том, что после землетрясения, развала страны, блокады и войны, было сложно представить еще более черные дни и отчаянные обстоятельства, при которых этот ректальный неприкосновенный запас мог бы придти на помощь.

Но тут нужно учесть еще и старое суеверие атеистических врачей-коммунистов поколения моей бабушки. Они не верили в срок годности лекарств. Более того, считалось, что чем ближе к Великой Октябрьской Революции было произведено лекарство, тем лучше. У нас в аптечке был анальгин времен Брежнева и в самые тяжелые мигрени бабушка причащалась им. Особые целительные свойства приписывались лекарствам сталинского периода. Массовые расстрелы положительно сказывались на качестве обезболивающих и пломбира. И это факт.
Сталинский аспирин я не застал, но те ректальные свечи были времен Черненко и будь они пущены в ход, неизвестно, какие, неравнозначные первоначальным ожиданиям, галлюцинации они могли бы вызвать.

Приехав в Москву, я наивно полагал, что оставил культ протокотологического уголка в холодильнике в прошлом. (Ибо в Мадриде его, к слову, не было. Там обычно стоят яйца и много-много пакетиков кетчупов-майонезов из фастфуда.)
Но в Москве, часто бывая в гостях, я скоро понял, что ошибся.
Однако московская интерпретация культа Сакральной Холодной Дверцы(СХД) имела свои особенности. Так, почти у всех, наряду с какими-то свечами, лежал тюбик Левомеколевой мази. Иногда несколько. И все использованные. Как получалось, что было нужно открыть три разных тюбика Левомеколевой мази и все три оставить в дверце холодильника - загадка для меня до сих пор.
Если распустившегося зубчика чеснока не было, то москвичи ставили на его место засохший под давлением времени и покрытый плесенью корень имбиря. Я думал, что эта традиция пришла из Китая.

Близко подружившись с разными слоями московской молодежи я понял, что Культ СХД присутствует во всех слоях общества, хоть и имеет разную наполненность.
Так, у друзей, живущих в сталинских домах в пределах садового кольца, в дверце всегда присутствовал спрей от ожогов Пантенол. Поскольку он не умещался в высоту, его ставили боком и он катался туда сюда, если конечно его не зафиксировать чем-то, завернутым в фольгу. Анализ срока годности пяти Пантенолов показал, что они давно просрочены, что доказывало для меня их культовое предназначение.
Также у буржуазии в дверце могли быть иностранные подношения, наример американская мазь Neosporin, истинного предназначения которой мне никто объяснить не мог, но поскольку ее послала подруга из Нью-Йорка в 92-м, то ее хранили и как часть культа и как память.

Почти обязательным для всех были ампулы. Мильгамма, Траумель или Диклофенак - неважно. Главное, чтобы в пачке из пяти ампул была одна или две. Полная пачка ампул в дверце холодильника это, согласитесь, нонсенс.
А вот у менее буржуазных друзей, я находил в дверце завернутый в пленку кусок отходов жизнедеятельности пчёл, вьетнамский бальзам-звездочка (естественно почти пустой), а также главную отраду пенсионеров-алкоголиков 90-х - бальзам "Биттнер", который лечил абсолютно от всех заболеваний и им можно было прикрыть как перманентный запой деда, так и лайтовые побухивания бабушки.

Ну и последнее. Я узнал, что Розенберг еврей, благодаря культу СХД. У них дома, помимо всего прочего, в нем лежала бутылка с надписью на иврите. На мой вопрос, что это, Розенберг ответил, что это очень крутая израильская суспензия от псориаза. Так и сказал. Суспензия. Тетя из Израиля прислала. Она пару лет назад работала в фармкомпании.
- У тебя тетя в Израиле?
- Да, мы евреи.
- Ясно. А у кого псориаз?
- Ни у кого. На всякий случай.

Так, только что узнав, что мой близкий друг еврей, я тут же понял, что национальность это не интересно. Мы - люди которым посылают суспензии от псориаза на всякий случай. Мы те, кто их храним, несмотря на срок годности. Мы один народ. Меня обдало волной любви и радостью узнавания.

Роберт Мамиконян

вКонтакте | в FaceBook | в Одноклассниках | в LiveJournal | на RuTube | на YouTube | Pinterest | Instagram | в Twitter | 4SQ | Tumblr | Telegram

All Rights Reserved. Copyright © 2009 Notorious T & Co
События случайны. Мнения реальны. Люди придуманы. Совпадения намеренны.
Перепечатка, цитирование - только с гиперссылкой на http://fromdonetsk.net/ Лицензия Creative Commons
Прислать новость
Reklama & Сотрудничество
Сообщить о неисправности
Помочь
Говорит Донецк