Говорят

- Куда собрались?
- Просто подальше отсюда. Туда, где никто меня не найдет!
- Боже, звучит здорово!
- Мы на каникулы уезжаем, на юг Франции.
- Ого, здорово. На автобусе ехать долго!
- Понимаю, просто природа. Все такое...
- Да, об этом стоит думать!
- Наверное вы посмеетесь, но я думаю, что на всех на лежит ответственность
- Да, конечно, вы правы! Тогда почему вы его родили?
- Простите?!

Посты о политике собирают лайки и перепосты, но мне интереснее жить другим.
Вот сегодня, например. Лена и Жанна остались в танцевальной студии, а я с младшими вышел прогуляться. И был у нас в запасе целый час.

- Куда пойдем? – спросил я.
- В парк кованных фигур! – предложила Мадина, но ее идея нам не понравилась. Во-первых, парк маленький и уже исхожен вдоль и поперек. А во-вторых, там сейчас жарко.
- Давайте в веревочный парк, - предложил я. Это рядом, в парке Ленинского комсомола, а еще там деревья и тень.
Идею поддержали, и мы пошли.
- Что это за ягоды, - спрашивает меня Мадина, показывая на мелкий кустарник, с матово-синими плодами размером с кизил. Я не знаю и честно говорю:
- Не знаю, Мадин.
- Ну, как это не знаешь, ты же взрослый, ты должен знать!
Мне не успевает стать очень стыдно, потому что она показывает на дерево с красными ягодами покрупней:
- А это?
Тут легче.
- Это рябина.
- А ее можно есть?
- Нет, ее не едят.
- А зачем же она тогда растет?
- Ее птицы клюют. Птицам же тоже что-то нужно есть. Так, вот зачем ты ее собираешь?
Мадина и Диля набрали каждая по большой горсти пыльной рябины с дороги и несут.
- А я принесу ее в парк и накормлю там птиц.

Президенты России и Франции Владимир Путин и Эмманюэль Макрон в среду провели телефонный разговор, сообщила пресс-служба Кремля.

Согласно сообщению, были обсуждены различные аспекты урегулирования ситуации в Украине. В частности, дана позитивная оценка подписанным 22 июля Трехсторонней контактной группой "Мерам по усилению режима прекращения огня, говорится в сообщении.

"Президент России вновь подчеркнул важность неукоснительного выполнения Украиной своих обязательств по политическим аспектам минских договоренностей, в том числе налаживания прямого диалога Киева с Донецком и Луганском в целях правового оформления особого статуса Донбасса. Условлено продолжить совместную работу в рамках "нормандского формата", - отмечает пресс-служба Кремля.

Была "затронута и текущая ситуация в Белоруссии", сказано в сообщении.

В очередной раз убедился в мощи польского кинематографа, посмотрев "Тело Христово" Яна Комасы.
Хотя я не очень люблю Галковского, но его тезис о том, что русские и поляки практически один народ, разделенный конфессиями, близок к правде.

Вообще по генетике два самых близких к русским народа Европы - поляки и немцы.

Другой верный тезис Галковского гласит о том, что, когда поляки и русские перестанут враждовать и осознают себя народами-побратимами, придет кирдык Западной Европе. Благо, русские пассионарии создали Белую и Красную Империи, а поляки - сильное Польское Королевство и Речь Посполитую.
Вот и в 21 веке русские да поляки два самых яйцастых и патриархальных народа Европы.

Я тут натурально осрамился.

Чудный донецкий вечер. Багровый закат во все небо, ветерок прохладный обдувает. Начало девятого. Взял чашку кофе и топаю по улице. Вокруг шастают люди в коротких, очень коротких и очень-очень коротких шортах.

Мамаши с колясками, собаки на газонах. Какой-то пацаненок остервенело грызет пломбир. Да вы и сами знаете. А в наушниках пиликает "Sounds like a melody". Обстановка максимально приближена к санаторно-курортной и просто хо-ро-шо.

90-е – это были для меня книги. В первую очередь. И то время я вспоминаю с благодарностью и нежностью, потому что – книги. Иногда думаю, что, может быть, мои проблемы со спиной родом именно оттуда. Из тех дней, когда каждая поездка в Москву измерялась в том числе привезенными книжными богатствами. У меня были тогда свои маршруты и свои любимые книжные – «Москва», «Эйдос», «Скарабей»… Приезжаешь, допустим, на неделю. Несколько раз (соответственно – дней) ездишь в эти магазины, потому что сразу все не унести. Стопки купленного радуют глаз. Это ведь было время, когда стали печатать, допустим, философов и историков – и ты жадно скупаешь всех Лосевых, Бердяевых, Ильиных, Сергиев Булгаковых, Розановых, все «Вехи», всех Шпенглеров, Ясперсов и Ницше… Это было время возвращенных имен – собрания сочинений Набокова, «Русского зарубежья» в мягкой обложке, Вагинова, Ерофеева, Бродского, Серебряного века, Одоевцевой, Иванова, Миллера, Коупленда, Кестлера, Берроуза, ах, да стоит только начать. Да добавим разные новинки – зарубежные и наши, все те давно почившие в бозе серии типа контркультуровской «Альтернативы» в оранжевой обложке. Да еще всяческое «научное» - разные там «Про и контра», журналы-альманахи «НЛО». Одну ягодку в рот кладу, другую беру, третью примечаю, к четвертой приглядываюсь, так, кажется. Дальше начинаешь думать, куда это все и как. Я ехала в Москву с практически пустой огромной дорожной сумкой. Которая потом заполнялась до отказа книгами и становилась неподъемной (порой к ней еще и пара пакетов добавлялась). До вагона ее безропотно волок брат. А вот с вокзала в Донецке ее припереть домой – вот это был квест. Страшно вспомнить. Зато потом так эти сокровища разбираешь, так по полкам раскладываешь, так ими хвастаешься… Я до сих пор, когда/если доберусь домой, смогу, кажется, снимая с полок и гладя обложки (прямо мурашки сейчас побежали неиллюзорные, когда представила это прикосновение ладони), сказать, когда и где куплена книга, при каких обстоятельствах, как я ее читала, на что обращала внимание, что выписывала в блокнот и обдумывала…

В разные периоды жизни приходилось иметь в друзьях-приятелях врачей. Милые люди, имеющие специфичный взгляд на жизнь (заодно и смерть) и довольно своеобразный юмор. Как это водится, нахваталась от них всяческих профессиональных баек и историй. Одни рассказывались от первого лица, другие же, подозреваю, кочуют по всем больницам страны. Ну, может байки мои и баяны, но за что купила в свое время, за то и продаю. Времена были давние, не советские уже, конечно, но вполне себе дикие - волшебные девяностые.

История 1 - неприличная. Будучи студентом дежурил мой друг на санпропускнике. День был будний, а потому увечных мало. Спокойное дежурство, давно за полночь уже, студиозусы намылились покемарить на кушетках, как вдруг вместе со своим парнем самоходом прибывает девушка красы неземной. Ну, первичный опрос, то, се, клиенты мнутся, девица алеет щеками, парень с речью запинается. Наконец выяснили, что ребята перед занятием секесом решили предохраниться, а презервативов нет. И тут бойфренд блеснул эрудицией, что сперматозоиды в кислой среде гибнут. Надо среду - сделали среду. И правда, я лично читала народный рецепт по поводу тоненькой дольки лимона в качестве контрацептива.

Наверное, все-таки на мне что-нибудь написано. Это давно началось. Однажды, например, в очереди к стойке выдачи в читальном зале библиотеки им.Крупской именно семнадцатилетнюю меня выцепил страннейший длинноволосый седой ястребообразный человек с осанкой вопросительного знака и именно мне долго-долго, цепко удерживая мой взгляд своим, объяснял, что бедой Павла Флоренского было незнание теории пассионарности, позже с ошибками (!) зафиксированной Львом Гумилевым, и что он, мой собеседник (точнее, лектор), как раз по этому поводу сейчас заканчивает революционный трактат, который кратко изложит мне, как только я освобожусь и пойду пить с ним кофе с молоком в центральной кулинарии поблизости за стоячим столиком. Потому что он по лицу моему, по глазам видит, что я готова принять это знание, хотя по тем же глазам угадывает неофитское восхищение русским космизмом, но это мы поправим, дело пяти минут наголову разбить мои наивные представления о. Я пряталась от него потом, чтоб вы понимали, уходила короткими перебежками.

Так понимаю, что АП соскребла черпачком всю гнусь, осевшую на дне выгребной ямы под названием "киевская журналистика". Соскребла, извлекла эту пакость на свет божий и озадачила. Таких убогих привлекли, что я постеснялся бы их к приличным людям выпускать.

Сперва решил, что это частный случай, но больно уж кучно пошло. И все публикации как под копирку. Автор был "на том Донбассе", насмотрелся всяческих ужасов, блуждая среди морлоков, а потому считает, что "оградить колючей проволокой и забыть".

Намерения горячо одобряю. Разрыв с Украиной - это ж классика жанра. Сперва ты хочешь дать отношениям второй шанс, а потом человек говорит и делает такое, что лучше битого стекла наесться.

А вот исполнение подкачало. Не потому, что оскорбительно. К этому я привык еще лет пять назад. Да и обитатели днища иначе не умеют. Просто рассказывали они про "этот Донбасс", но рассказали о себе. Да так открыто, что понятно будет даже тем, кто между строк читать не умеет.

В чем суть? Начальство погнало крепостных туда, куда те не желали ехать. Я, кстати, таких послушных, невоспитанных и напыщенных журналистов только в Киеве наблюдал. Понятно, что не все такие, но речь именно об этих надутых клоунах.

Ехали они вовсе не в Донецк, а к морлокам. То есть, презирали и ненавидели тех, кого еще в глаза не видели. Глумились, отпускали "остроумные" комментарии, шумно делились "ценным" мнением и всячески провоцировали принимающих.

Там всегда именно об этом. О том, как невоспитанные мрази иронизируют над "этим быдлом" и очень мягко огребают в ответ. Я бы такое говно просто из автобуса выбросил и оставил где-нибудь под Горловкой. Но у нас всегда с этой челядью оборзевшей церемонились.

Что имею сказать? Пишите еще! С каждой строчкой вы раскрываетесь все шире и шире. Только газетку подстелите, а то дерьмо ведь прямо на пол вываливается. Нехорошо!

Во многих регионах Украины мне приходилось бывать. И всюду я видел некоторое дерьмо. Да только мне, во-первых, не приходило в голову смотреть на людей свысока. Во-вторых, даже не думал судить о целом регионе по каким-то отдельно взятым дуракам.

Всюду радушно принимали и относились уважительно, а я старался отвечать тем же. Киевским журналистам невдомек, но у порядочных людей заведено именно так. Хотя именно это сейчас востребовано. Многим нравится читать о том, как там у этих все устроено. Но я как-то брезгую опускаться до подобного.

Мухи завсегда лишь говно видят. Я же помню довоенный Донбасс совсем другим. Помню город в огнях, погруженный в предновогоднюю суету по самые уши. Помню директора сельского музея, угощавшую нас ряженкой и чебуреками. И ее старенькую маму тоже помню.

И фан-зону на Евро-2012. Людей, кутавшихся в пледы. Как трясся от страха на колесе обозрения в парке Щербакова. Как вернулся из армии и просто офигел от того, как много всего понастроили. Помню уютные окраины. Помню старушек, игравших на улице в лото.

А вот говна, изложенного в этих заказных пасквилях, не помню и все тут.

«Почему какой нибудь чернокожий наркоман или прикарпатский пастух вдруг принялись мне объяснять как жить, кого мне любить и на каком языке мне разговаривать? Какого хрена?! Кто они такие?! Что бы они понимали?! Откуда они все вдруг повылазили?! Я что, еще и оправдываться должен?!» Сегодня я часто слышу такие вопли от знакомых и предлагаю не нервничать, а понять и простить))

Все люди, в плане ментальности, делятся на два условных типа, которые представляют собой две фундаментальные формы внутренней самоорганизации, две схемы интерпретации реальности. Программисты бы сказали, что у людей есть два разных типа прошивки.

Первый тип людей, совершая свои поступки, в первую очередь, ориентируется на культурные установки и ограничения социальной среды. По мере взросления и получения опыта, молодой человек принимает от взрослых членов общества всё больше и больше общепринятых правил поведения. Этих правил много и касаются они разных аспектов жизни. Их называют по разному: убеждения, приличия, ценности, принципы, манеры или понятия. Процесс накопления таких знаний называется социализацией.