Донецкий ас в корейском небе

Отправить эл. почтойОтправить эл. почтой

Николай РАНГА

Стреляют пушки, пулеметы,
Ракеты с бомбами летают,
А в небе храбрые пилоты
Друг друга мастерски сбивают.
Пылает пламя, рвутся мины,
Лежат повсюду трупов горы,
И танки смертоносным клином
Сминают мирные заборы.
А полководец взявши ластик,
Склонился над военной картой.
Вот это, понимаю, праздник,
Не то шо, блин, 8 Марта!

В этот день поздравляют всех, кто имеет хотя бы минимальные признаки принадлежности к так называемому "сильному полу". Никто при этом особо не разбирается, имеют ли они право на такое, в общем-то, неслабое звание, как "защитник Отечества". Между тем, среди нас все еще достаточно много людей, по-настоящему достойных поздравления в этот день. Есть и те, кто в самом деле воевал за Родину - как ее тогда понимали.

Виктор Терехов много лет тому

Cегодняшний собеседник - из их числа. Правда, защищал Отечество он вдали от родных земель. Но что поделаешь - тогда было так принято...

Понятие "летчик-ас" родилось во Франции летом 1916 года во время боев над Верденом. Его автором стал барон де Розе (командующий авиацией 2-й Французской армии), признавший необходимым ввести в своих подразделениях систему строгого индивидуального учета воздушных побед. Летчик, сбивший не менее 5 самолетов, получал титул "аса" (в переводе с французского - "туз"). Со временем эту систему переняли и в других странах, при этом число необходимых побед часто варьировалось от 5 до 10. В Донецке тоже живет ас, сбивший в корейском небе 11 американских самолетов. На днях ему исполнилось 77 лет.

Терехов Виктор Степанович родился 1 февраля 1928 года в деревне Нижнее Муханово Троснянского района (Жерновецкого сельсовета) Орловской области, Россия. В 1944 году после окончания школы-семилетки поступил в Орловский гидромелиоративный техникум. Начал посещать Орловский аэроклуб, где совершил 62 прыжка с парашютом, постиг азы управления самолетом "У-2". По окончании в 1946 году был направлен райкомом комсомола в Борисоглебское училище военных летчиков.

"Меня отобрал сам Кожедуб"

- Виктор Степанович, как вы оказались в Донецке?

- Еще до войны моя мать с отцом переехали в Сталино, и я мальчишкой обошел все окрестности. Помню многие достопримечательности. Помню, как 18 июля 1938 года над Донецком погибли четыре героя-стратонавта. Бегал смотреть на место их падения. Сейчас это в районе "Быттехники" на улице Ткаченко. Памятник стоит не на том месте, где они зависли на проводах. Много чего помню. Ну а когда началась война, мама по настоянию отца, который служил моряком в Севастополе, вернулась обратно в Орловскую область.

- Расскажите, как стали профессиональным летчиком?

- Постигать азы этого дела я стал в Борисоглебском военном училище. После его окончания в декабре 1949 года к нам в училище приехал знаменитый летчик, Герой Советского Союза Иван Никитович Кожедуб. Он лично наблюдал за каждым полетом курсантов и из двухсот выпускников отобрал троих, в том числе меня.

- А для чего отбирал?

- Иван Никитович привез нас в подмосковную авиабазу Кубинка. В обстановке секретности нас "натаскивали" в управлении тогда новым самолетом "МиГ-15". В мае 1951 года нас посадили в литерный поезд и в обстановке строжайшей тайны повезли на восток. Никто не знал, куда мы едем. Поезд останавливался только на маленьких станциях. Когда проехали станцию Домна (Читинская область), стали догадываться о месте назначения. Конечной станцией стал город Аньдунь (Китай) на реке Ялуцзян.

В начале 50-х годов человечество оказалось в одном шаге от открытого военного столкновения Советского Союза и Соединенных Штатов. Поводом мог послужить конфликт в Корее. Началу войны предшествовали многочисленные вооруженные столкновения между частями Корейской Народно-Демократической Республики и Республики Корея. Лидеры этих государств стремились к объединению страны - правда, путь достижения цели был выбран крайне жесткий. Наконец 25 июля 1950 года армия КНДР пересекла условную границу по 38 параллели и развернула широкомасштабное наступление на юг. 25 июня 1950 года на заседании Совета безопасности ООН была принята резолюция, обвинявшая КНДР в неспровоцированной агрессии против РК, а двумя днями позже - еще одна - признавшая необходимость срочных мер военной помощи Южной Корее со стороны ООН. В отсутствие представителя СССР, бойкотировавшего заседание Совета безопасности, США удалось провести выгодные для себя резолюции, благодаря которым они вмешивались в события под прикрытием флага ООН. Военные действия проходили с переменным успехом. Сначала войска ООН под командованием американского генерала Дугласа Макартура были отброшены от 38-й параллели. Но к концу 1950 года войска ООН пересекли 38-ю параллель Кореи и прорвались к границе с Китаем. В КНР создавались отряды народных добровольцев. 25 октября 1950 года они вступили на корейскую территорию. Помощь КНДР оказал и Советский Союз, в том числе в отражении налетов американской авиации на тыловые районы северной Кореи. Делали это советские летчики, одетые в форму китайских добровольцев.

"В пылу боев наши матерились по-своему"

- Когда вы прибыли, война ведь уже шла полным ходом?

- Да, ощущение войны витало в воздухе. Нас переодели в зеленую форму китайских добровольцев и сказали: "Пишите заявление о приеме в Китайскую народную армию. Фамилии свои забудьте. Придумайте себе псевдоним".

- Какой был у вас?

- Придумывать было нечего, взял начальные буквы своего имени, вот и вышло Тен Вен Сен.

- Сразу пришлось совершить боевой вылет?

- Несколько месяцев нас не допускали к полетам. Усилено учили стратегии и тактике боя. Кстати, учили и корейскому языку, чтобы переговариваться в полете. Однако уже после первых вылетов стало ясно, что эта маскировка на работает: в пылу войны наши летчики матерились по-своему. Из Москвы даже пришло специальное указание прекратить это безобразие. Впрочем, вскоре махнули на это рукой. Видно, поняли, что все бесполезно. Американская разведка и без этого была прекрасно осведомлена, что на корейской стороне воюют советские летчики.

Истребительная авиация США тщательно оберегали свои бомбардировщики Б-29 "Суперфортресс" от советских истребителей "МиГ-15". "МиГи" были легче на две с половиной тонны, однако тяжесть "Сейбра" компенсировалась большей тягой двигателя. На большой высоте "МиГ-15" имел преимущество в разгоне и скороподъемности, а "Сейбр" лучше маневрировал на малой высоте. Он мог также продолжительнее держаться в воздухе, располагая 1,5 тоннами "лишнего" горючего. В вооруженности американцы уступали советским истребителям. Но система наведения на цель у "Сейбров" была автоматической, да и противоперегрузочные костюмы защищали летчиков куда лучше.

"За мой сбитый борт Макартур пообещал 100 тысяч долларов"

- Виктор Степанович, помните свою первую встречу с противником?

- В задачу нашего авиаполка входила защита стратегического моста через речку Ялуцзян и ГЭС Супхун, подававшего электроэнергию на всю Северную Корею. Американские бомбардировщики неоднократно пытались уничтожить эти объекты. По сигналу мы поднимались на перехват. Боевое построение в несколько эшелонов на разной высоте, которое предложил Иван Кожедуб, и названное "этажерка", поставило в тупик американцев. Их боевые порядки всякий раз нарушались, и нам оставалось только расстреливать их "суперкрепости". Правда, к ним не так просто было подобраться, вооружение у них было будь здоров. Но мы нашли ключик - били их под брюхо.

Если честно, то нам было запрещено приближаться к 38 параллели и летать над морем. Американцы знали это и часто пользовались этим, когда уклонялись от боя. Пространство от реки Яул до северокорейского города Анджу американцы сами прозвали "аллеей МиГов"

- Так и окончили войну Тен Вен Сеном?

- Нет, псевдоним я позже поменял. Мы прекрасно понимали, с кем имеем дело. Американцы воевали за деньги по контракту, мы же защищали корейский народ.

- В целях конспирации?

- В том числе и конспирации. Американская разведка тоже не дремала. За летчиками, которые особо донимали, велась настоящая охота. Вот и приходилось выкручиваться. Кстати, тому, кто собьет мой борт 13, генерал Макартур пообещал 100 тысяч американских долларов. А вторым моим псевдонимом стал Ось Кин - по имени Дмитрия Оськина, с которым я познакомился и даже "махнулся" номерами.

- Что это за история?

- Была обыкновенная путаница в бортовых номерах. Так получилось, что в разных авиаполках были одинаковые бортовые номера. Изначально у меня был номер "36". Однако я его потерял, и мне дали борт "13". К тому времени мы получили новые МиГ-15бис. Никто не хотел его брать, а я согласился, мне на "13-й" номер везло. Однако пока оформляли документы, числился я "36-м". В этот момент я познакомился с Дмитрием Оськиным. У него тоже был номер "36", а машину он свою тоже потерял. Вот он и предложил "махнуться" номерами. Он забирает мой "36", а мне отдает свой номер - тоже "13", чтобы избежать дальнейшей путаницы. Таким образом вместе с номерами я поменял и псевдоним на Ось - Кин.

- Как проходил обычный день советского летчика в Корее?

- С утра пораньше - подъем и завтрак. Затем собирались на пятиминутки, где ставились общие задачи. Все происходило до рассвета. Как рассветало, обязательно тревога. По возвращению собирались в столовой. Обязательно выдавалось 100 граммов армянского коньяка и 3 плитки шоколада "Гвардейский".

- Разве алкоголь не мог сказаться на состоянии пилота?

- Когда поднимаешься в воздух, да еще попадаешь в передрягу, алкоголя и не чувствуешь. Включаются интуиция и мышечная память. Вот когда важен боевой опыт и налет часов.

- Кого из легендарных летчиков вам довелось увидеть на этой войне?

- Помню, как привезли к нам Ивана Федорова - человека, сбившего 135 самолетов противника. Привезли как икону показать. Еще в 1948 году ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Но и в корейской войне Иван Евграфович участвовал, одержал ряд замечательных воздушных побед, сбив семь самолетов противника.

Еще в июне 1950 года, когда война в Корее только началась, США оккупировали китайские острова Тайвань и Пэнхуледао, где находилось гоминдановское правительство Китая. Именно оттуда после подписания перемирия 27 июля 1953 года продолжались налеты американской авиации на территорию КНР. Поэтому советским летчикам пришлось и после окончания Корейской войны оставаться на авиабазах и совершать патрулирование воздушных границ КНР. Военные конфликты продолжались вплоть до 1957 года.

"Спасли, когда надежды уже практически не было"

- Вы помните свой последний полет?

- 18 августа 1953 года я буду помнить всю жизнь. Тогда вместе со мной ведомым шел молодой корейский летчик, не имеющий достаточного боевого опыта. Шли мы на высоте 8000 тысяч метров и впереди заметили группу американских истребителей "Сейбр". И я решил атаковать. Молодой парнишка не владел мастерством пилотирования реактивного самолета. По всем правилам ведомый не должен отставать от ведущего более чем на 400 метров. А получилось так, что расстояние между нашими "МиГами" возросло более чем на 800 метров. Два американца воспользовались оплошностью и атаковали мой самолет снизу и сверху. Другими словами, взяли меня в "коробочку" и, что называется, "прошили" мою машину насквозь. Один снаряд пробил фюзеляж и разорвался под бронеспинкой пилота. Осколок длиною сантиметров восемь застрял у меня в позвоночнике. Второй снаряд разорвался в салоне - осколки в одно мгновение срезали верхнюю часть левой ладони вместе с сухожилиями. Разбитым стеклом мне рассекло лицо, кровь начала заливать глаза. У моего "МиГа" загорелись топливные баки, и самолет потерял управление. Уже перед тем как потерять сознание, успел дернуть ПАП (прибор автоматического парашютирования). После его срабатывания через 19-20 секунд самолет самоуничтожается. Приводнился в залив Южно-Корейского моря. Вытащили меня часа через три, когда надежды на спасение практически уже не было.

В срочном порядке раненого летчика переправили в Москву, в клинику Боткина. Врачами была сделана сложная операция по извлечению осколка из позвоночника. Операция длилась шесть с половиной часов и закончилась успешно, хотя, как потом объяснил хирург, пациент мог на всю жизнь остаться парализованным. Но ходить пришлось учиться заново.

- Боевые друзья в больнице навещали?

- Конечно! Ко мне пришел даже Иван Никитич Кожедуб. Он прослышал, что какой-то летчик лежит в больнице. Пришел и принес палочку в виде гуцульского топорика. Сказа: "Все равно хромать будешь всю жизнь, а это от меня на память". Так и произошло.

Начались настоящие мытарства отставного офицера, майора в запасе. Назначена была пенсия в 18 рублей, которую затем увеличили до 32. Но не это оказалось самым тяжелым. Американцы не скрывали своего участия в корейской войне. А у нас любые упоминания были запрещены, взяли подписку о неразглашении. С авиацией Виктору Терехову пришлось расстаться, однако он усердно осваивал гражданскую специальность. Поступил в Московский инженерно-строительный институт на специальность "архитектура". А в 1982 году стал работать в Донецке научным сотрудником пожарно-технической выставки, где проработал 20 лет. До "оттепели" 1985 года приходилось жить по "грифом". Только в 1990 году пришел указ Президиума Верховного Совета СССР - за сбитые 11 самолетов противника Терехову присвоили звание Героя Советского Союза.

Виктор Степанович Терехов

Сейчас Виктор Степанович уже не работает и живет дружной семьей с женой Ниной Петровной, дочерью Викторией и зятем Валерием. У него подрастает внук Дмитрий. В свои 77 лет отставной летчик запаса все еще полон сил и энергии.

25 февраля, 2005 г.

вКонтакте | в FaceBook | в Одноклассниках | в LiveJournal | на RuTube | на YouTube | Pinterest | Instagram | в Twitter | 4SQ | Tumblr | Google + | Telegram

All Rights Reserved. Copyright © 2009 Notorious T & Co
События случайны. Мнения реальны. Люди придуманы. Совпадения намеренны.
Перепечатка, цитирование - только с гиперссылкой на http://fromdonetsk.net/ Лицензия Creative Commons
Прислать новость
Reklama & Сотрудничество
Сообщить о неисправности
Помочь
Говорит Донецк