Игорь Гомольский

А в ЖЖ прямо своя атмосфера. Иногда мне бывает грустно. Тогда я гуглю свою фамилию и читаю комментарии под репостами текстов в ЖЖ. И весело сразу, и задорно.

Во-первых, меня всегда умиляет тот факт, что больше всего проблеме адекватных украинцев радуются братья-россияне. Написал когда-то бложик о том, что нормальный украинский гражданин просто не может повлиять на текущую ситуацию.

Так я написал и забыл. А там, как выяснилось, кипели страсти. Ой, как радостно было братьям-россиянам за украинцев. Нет, серьезно. Такого лютого злорадства не видал даже у самых отмороженных украинских "патриотов".

Ребята! Если уж вы размещаете мои посты в своих бложиках, так потрудитесь разъяснить своей аудитории, кто я и где проживаю. Читать о том, как я, наверное, первым бежал на "майдан" за европейской зарплатой, немножечко утомительно.

Модные постсоветские детишки вечно трут за демократию. Как-то уж выходит, что самые модные трут особенно забористую чушь.

Вот, например, Украина - ярчайший представитель этой самой демократии, одобренной главными демократами, проживающими в США,

В 2014-м году, плюнув на Конституцию и здравый смысл, учинили государственный переворот. На смену голубому воришке Януковичу, пришло настолько отмороженное и наглое ворье, что все ахнули.

Почему "майдан" был демократичным? Наиболее маститые "порохоботы" объяснили нам, что "майдан" - акция, поддержанная большей частью населения страны. Демократия - это когда решает большинство, ага.

Но! "Ватник" хитер, изворотлив и коварен. Сыплет и сыплет неудобными вопросами, качает лодку из стороны в сторону. А как же получается, что нынче тоже многие хотят правящий режим туда-сюда...демократично? Почему им не разрешают?

Почему не разрешают Донбассу, где большинство не только сказало веское "разгребайте сами", но отстояло право на свободу силой оружия? Зачем цепляться за Крым, где большинство высказалось однозначно?

Отец проснулся на рассвете и сел за компьютер. Пыхтит, ругается и стучит по клавишам.

Проблема в том, что одним пальцем давит сразу на три буковки. Неудобно. Хотя, если разобраться, то проблема даже не в этом. Просто раньше папы в соцсетях не было, а теперь появился. Не было печали.

А тут, значит, восьмое марта уже завтра. Всех нужно поздравить. Папа торопится. Бормочет и возмущается.

- Пап, ты чего тут?

- У меня писанины много! Не мешай!

- Ха! Мне то уж про "много писанины" не рассказывай! А чего там? Помочь?

- Надо всех с восьмым марта поздравить.

- Оно же завтра.

- Я не успею за один день.

- Так это же соцсети. Напиши одну публикацию с поздравлениями. Интересную какую-нибудь.

- Так нельзя. Всем нужно индивидуально.

- Папа, я ж говорю: СОЦСЕТИ! У меня под три тысячи друзей. Половина - женщины. Если сейчас начну поздравлять, то к первому мая закончу.

- У меня их меньше. До вечера успею. Все равно выходной сегодня. Иди уже работать. Не отвлекай!

Эх, старая школа. Хорошо еще, что от руки не пишет. А еще обнаружил, что папа и папа-дедушка - это два разных человека. За тем, как папа общается с внучкой по Скайпу, наблюдаю с огромным интересом. Отец - мужчина деловой, серьезный и острый на язык. Увидит внучку и куда только все это девается)

Будучи совсем еще мальцом, я истово мечтал вырасти Суперменом. Желательно - уже на следующей неделе. Трусы, натянутые поверх лосин, а также дурацкий "локон страсти", смущали уже тогда. И не таких суперменов ломали в спальных районах Донецка за рейтузы и колготки.

С другой стороны, возможность расшвыривать танки, летать над терриконами и глядеть на девчонок рентгеновским зрением, сильно подкупали. Что ни говори, а во мне горело пламя любознательности. Девчонки вроде скучные и бестолковые, но глазеть было интересно.

А теперь мне почти тридцать и, как ни странно, быть Суперменом хочется не меньше. Просто для того, чтобы улететь в Крепость Одиночества и больше никогда с гуманоидами не сталкиваться. Существа, жаждущие взаимоисключающего, пугают и утомляют.

Господь, как утверждают верующие, дал людям свободу воли. И в ней, значит, вся суть.

Человек открыл придуркам доступ в интернет и никакой сути в том не было. Раньше мы думали, что окружают нас, в целом, нормальные люди, а теперь знаем, что это не совсем так.

Снова лента забита разоблачительными публикациями на тему "мужик должен". Весна оказалась ближе, чем кажется. Речь, как водится, про общественный транспорт. Лейтмотив - "мужик посмел сидеть, я его сфотографировала, а вы скорее распространяйте, чтобы все посмотрели".

Донецк интеллигентно заметает. Погоды стоят нелетные. Ветер по-жлобски рвет с головы капюшон, обнажая доверчивые уши. Куришь одной рукой, другой за голову бестолковую держишься. И хряп-хряп-хряп по дорожке.

Да, интеллигентно. Все у нас ныне интеллигентно, тактично, предупредительно. Вышел отутюженный политолог, который известно с кем дружбу водит, узел на галстуке престижном ослабил и наговорил всякого. А ты, дорогой товарищ, гуляй и обдумывай сказанное.

Самое омерзительное - зависеть чьей-то воли. А тут "Минск-2", оказывается, живее Ленина, Цоя и Элвиса вместе взятых. Тут, как выяснилось, признания не будет. Будет еще полтора-два раза по столько же, да тех же щей, а там и возвращение туда, где, по их же словам, все очень плохо.

Нелепо даже не то, что люди, если политологу верить, гибли напрасно. А то, что они еще шесть-восемь лет будут так же гибнуть. И тоже напрасно. Зато костюм у него красивый. У эксперта этого политического. И говорит складно.

Злые и нечуткие люди утверждают, что я живу прошлым, а надо бы глазеть в будущее. Видели мы это будущее. Надеюсь, что зомби схарчат нечутких первыми.

А вчера занесло меня в центр. Район "Континента" - донецкий филиал буржуйского городка Сайлент Хилл. Где-то звонит колокол. Под ногами анатомично хрустит и чавкает снежное месиво. Широкая улица окутана туманом, а из него люди выходят и прямо на меня. Жаль, что агрегат фотографический ленюсь в рюкзаке таскать.

Шел мимо Дворца пионеров. Когда-то учился там быть журналистом. В том смысле, что прогуливал занятия и получал за это нагоняи от маман. Напротив был магазин, торговавший разнообразными компьютерными штуковинами.

Гражданское (как ни странно) противостояние по линии "МТС" - "Феникс" - это одно из самых мерзопакостных явлений, имевших место за последние четыре года.

Если по началу к этому можно было относиться с юмором, то сейчас просто достало. Удивительно, как за четыре года, некоторые граждане начали превращаться в тех, кого так люто ненавидят.

Окей, "МТС" вырубился. Одни считают это реальной проблемой. Потому, что для них, это и есть реальная проблема. Реальная, но решаемая. Голь на выдумку хитра. Уже массу остроумных способов придумали.

Как бы это ловчее сформулировать...ага. Непричастные то и дело спрашивают о вкусе жизни в зоне боевых действий. Понимаю, что интерес этот сродни нездоровой одержимости школьника блатной романтикой. В щелочку заглянул, задрожал мелко и прикрыл дверку от греха подальше. Тем не менее, раз уж я здесь, то почему бы не рассказать. О вкусах не спорят. Разжую как сумею.

Давно ли вы оказывались неподалеку от родной школы в тот момент, когда в ней идут занятия? Мне подобное удается крайне редко. Притом, что расположена она в получасе неспешной ходьбы от дома. То учеба, то работа, то еще какие дела.

А тут в гостях был. Возвращался аккурат через школьный двор. Солнышко рабочий день заканчивает, окрашивая снежок в малиновый. Морозец очень гуманный, ветер затих. Старшеклассники по домам разбредаются. Родители забирают с продленки малолетних оболтусов. Папаши мнутся у порога, охраняя санки.

Утром ходил на рынок. Как всякий ребенок 90-х, на дух это дело не переношу. А тут еще снег валит крупными хлопьями. После дождя все замерзло и асфальт во дворах напоминает поверхность Луны. Такую, какой я ее себе представляю. Под ногами драматически хрустит бесформенное нечто и норовит уложить на лопатки.

Желаете погрузиться в тягучие мысли о бренности всего на свете - загляните на Петровский рынок. Не на банальное кладбище, нет! У нас вообще беда с торговыми площадками, но рынок лидирует в смысле безнадеги и крушения мечт.

"Чем больше нас поубивают, тем лучше", - разоблачает тетенька из кондитерского угла. Соседи, обитающие в павильоне замороженных полуфабрикатов, согласно кивают. Ага, дескать, поубивают. Ты, бабонька, отцепись только.

Курю, прислушиваюсь, наблюдаю за тем, как девочка в малиновом комбинезоне пританцовывает вокруг урны. Ребенок неожиданно поворачивается и решительно топает к палатке с курами. "Ира! Ириш! Иди к нам! Давай печенье выбирать, Ириш!", - искушает ребенка мама. Отец хранит молчание. Хмурая кондитерская женщина, услышав о печенье, обрывает душераздирающий монолог и широко улыбается.

Перед овощной лавкой ни единой души. Продавец, осознав бессмысленность стояния у прилавка, скрылся в неизвестном направлении. Жду. "А семеринка тут есть?", -любопытствует крохотная старушка, появившаяся неизвестно откуда. Бабуля ловко вклинивается между мной и прилавком. Указываю на ящик с крупными зелеными яблоками, пожимаю плечами. "По 65? Та ой!", - тараторит женщина и тут же растворяется в людском потоке.

Под ногами снуют бродячие собаки с желтыми клипсами в ушах. Я давно заметил, что они клянчат не еды, а внимания. Бросишь краюху - смотрит удивленно. Его в мясном отделе куда обильнее кормят. За ухом почешешь - радуется. Местной публике некогда с ними цацкаться. Рыночная суета.

Ассортимент оставляет желать лучшего. Того, чем завалены полки центральных магазинов, у нас часто не найти. Только недавно с товарищем обсуждали этот фокус. Вроде новые магазины открываются, но без ажиотажа. Выбор скудный, а цены откровенно хамские. Есть смысл прокатиться хотя бы до Текстильщика и затариться на неделю вперед.

Рынок тихонько становится отражением самого района. Тихий, бесцветный и скуксившийся. Есть лишь самое необходимое и никаких "излишеств". Покупатель старается затариться где-нибудь еще, а сюда приходит за хлебушком и овощами. Чтобы тащить не далеко, если вдруг гости нагрянут.

Домой плелся без настроения. Жизнь - это штука, которую нужно видеть. Мало просто знать, что она еще теплится. Если в центре она бурлит круглый год, то у нас застывает с приходом холодов. Чем ближе к Трудовским, тем ее меньше видно и слышно. Тем она тише и серее.