Книги

Есть сомнения в успешности очередной запретительной инициативы Киева. Сегодня книги можно находить и приобретать в интернет-магазинах – значит, придется запрещать доставку? Можно читать и скачивать книги в электронных библиотеках – значит, придется запрещать доступ к библиотекам?

Верховная Рада планирует ввести разрешительную процедуру для ввоза в Украину книг, напечатанных в Российской Федерации, а также ввозимых с территории РФ и с неподконтрольных Киеву территорий Украины.

За соответствующий правительственный законопроект "О внесении изменений в некоторые законы Украины относительно ограничения доступа на украинский рынок иностранной печатной продукции антиукраинского содержания" в первом чтении проголосовали в четверг 250 народных депутатов (при необходимом минимуме в 226 голосов).

Ранее законопроект был одобрен комитетом Верховной Рады по вопросам свободы слова и информационной политики.

Представляя документ в парламенте, вице-премьер Вячеслав Кириленко заявил, что его принятие позволит запретить ввоз литературы антиукраинского содержания, напечатанной в России. По его словам, на украинском книгоиздательстве это никак не отразится.

Деятели культуры и психиатры

Законопроект предусматривает, в частности, что издательская продукция, которая изготовлена или "ввозится с территории государства-агрессора, временно оккупированной территории Украины, может быть ввезена на таможенную территорию Украины и распространена на ее территории при наличии соответствующего разрешения, кроме издательской продукции, ввозимой гражданами в ручной клади или сопровождаемом багаже общим количеством не более 10 экземпляров".

Очень непростой вопрос относительно портрета Олеся Бузины в центре Донецка. Из тех, которые не хочется трогать и десятиметровой палкой.

Потому, что люди на взводе и любые аргументы воспринимают в штыки. Но раз уж вы, уважаемые дончане, и тут умудрились перегрызться, то Игорь подпортит вам настроение, высказав свое "важное" мнение.
Во-первых, давайте не будем переходить на личности. Есть совокупность причин, в виду которых многие дончане выразили свое недовольство. И о неуважении к покойному, равно как и о непризнании его заслуг, речь, в большинстве случаев, вообще не идет.

Интересно у вас подучается. С одной стороны, все мы - братья и "журналисты должны говорить правду", а когда журналистов за правду убивают, их убийц выпускают на свободу, то, вроде как, уже не очень и братья. Зато какой информационный повод! В Киеве журналиста за правду убили! Вкуснотища!

А как его память увековечить, так он, оказывается, был "заединщиком" и к Донецку отношения не имеет. Давно ли вы сами были "заединщиками"? Говорили о дружбе, единении и братоубийственной войне? До тех пор, пока нас убивать не начали, правда? Ну так его, к примеру, убили. Давайте не будем опускаться до споров о том, кто "правильный" патриот, а кто "так себе". Очень вас прошу.

В голове у меня пять мыслей и я все их думаю попеременно. Со стороны может показаться, что мысли перекатываются у меня в голове как металлические шарики в руке бойца восточных единоборств. Кстати. шары эти называются гантань, но фиг бы я это знал, если вот только что не загуглил.

Но вернемся к мыслям. Одна из них регулярно посещает меня во время визита на книжный рынок, когда я вижу эти длинные стеллажи с самой разнообразной продукцией. Причем, там есть много нового, о котором я никогда не слышал, хорошо изданного и запаянного для интриги в полиэтилен. Через полиэтилен видна обложка, на которой, как правило, напечатаны три цитаты, из "Лос-Анджелес Таймс", "Нью-Йорк Таймс" и "Афиши", которые не противоречат друг другу, а наоборот - трубят об одном.

"Самый гениальный роман десятилетия...", "Впервые за полвека появился автор. который стал на один уровень с...", "Рекордные тираж Европы и Америки свидетельствуют..."

Так написано на тех книгах, чьи обложки и названия привлекли мое внимание. А ведь рядом с ними стоят несколько десятков таких же, и я готов спорить, что "NY Tmes" их тоже, мягко говоря, не бранит.

И вы думаете я хочу сказать, что нас обманывают в этих рецензиях?! Я думаю, что нет, или, во всяком случае, такой цели не ставят. Книги хорошие, каждая написана или с любовью, или с умом. или со знанием ремесла, а может быть в ней есть и то, и другое, и третье. Чтобы убедиться в этом надо бы, конечно, их прочитать, но я честно признаюсь, что этот вал и тропическое многоголосие, раздающееся с полок, действует на меня угнетающе, разрываясь между желанием купить все и обидой - не купить ничего, я, в результате, выбираю второй вариант. И судя по тому, что у касс в магазинах нет длинных очередей, как на выходе из супермаркета, точно так же поступаю многие, если не все. Ах, да, еще и цена - оно все недешево, но оно же и не может быть дешевым.

Литература товар штучный, ее писать надо, придумывать сюжеты, образы, увязывать это во что-то единое, чтобы потом заслужить хвалебную реплику рецензента из "Чикаго Трибьюн", которая, как мы знаем, тоже ничего не решает.

Удивительно, в общем все там устроено, в этом книжно-литературном мире. Чужим там точно нечего делать.

В 1979 году в издательстве «Донбасс» вышел двухтомник, повествующий о нашем крае, – «Страна огня». В него вошли произведения выдающихся русских и советских писателей: Антона Чехова, Александра Серафимовича, Александра Куприна, Викентия Вересаева, Николая Рубакина, Сергея Сергеева-Ценского, Константина Паустовского, Ивана Бунина, Бориса Горбатова, Павла Байдебуры, Алексея Толстого. Особый интерес представляет публицистика, очерки, повествующие о зарождении Донбасса как промышленного района в конце XIX – начале XX веков. Надо сказать, что Донбасс впервые предстал перед миром именно благодаря этим замечательным произведениям.

Первый том «Страны огня» предваряет эпиграф, созвучный нашему времени: «Чем лучше мы будем знать прошлое, тем легче, тем более глубоко и радостно поймем великое значение творимого нами настоящего. А. М. Горький». Что ж, будем под стать классическим мыслям – начинаем серию публикаций отрывков из публицистических произведений, глубоко реалистично рассказывающих о Донбассе, Стране Огня.

Итак, Викентий Викентьевич Вересаев. «Восемь очерков, объединенных под названием «Подземное царство», написаны с подкупающей правдой, они волнуют искренностью и глубокой любовью автора к своим героям – донецким шахтерам». Этими словами в «Стране огня» предваряются очерки Вересаева. Сегодня вашему вниманию – один из них. Обратим внимание, что продолжение будет следовать…

Запальщик

Я был у знакомого инженера на соседнем руднике и видел там за работой Захара Лобача.

Шла проходка новой шахты. Углубляют здесь шахты, взрывая динамитом; Захар Лобач был запальщиком, дело которого заключалось во взрывании динамитных патронов. Все было готово к спуску, и Захар сидел на приемном полку, покуривая папироску; я напрасно старался подметить на его лице хоть тень беспокойства или волнения. Немного прищурившись и оглядывая всех веселыми, ласковыми глазами, он разговаривал с верховым, как будто шел на самую обыкновенную работу.

Книжная палата Украины опубликована статистические данные за 2015 год. Оказалось, что выпуск книг на русском языке снизился, а вот на политическую тематику наоборот – вырос.

Сравнительно с 2014 годом в 2015 на русском языке напечатали на 1000 наименований меньше, то есть 21 тысячу экземпляров, а тираж уменьшился вдвое. Таким образом, 65,2% книг из общего тиража напечатаны на украинском языке, 30,4% - на русском.

Согласно статистике наибольшее количество книг издали в Киеве – 6552 книг. Наименьшее количество наблюдалось в Луганской области, где в 2015 выдали только 23 книги, что на 258 меньше, чем в 2014 году. В Донецкой области показатели также существенно понизились: если в 2014 году в Донецке издавали 1098 наименований книг, то в 2015 - всего 297.

Ежели брать по большому счету, то мы, дончане, народ степной. Не моряки же, право слово, не горцы, не лесные люди и не речные. Степь – наша матушка и стихия. Хотя уже несколько поколений жителей Донбасса выросло, которые ее в первозданном виде и не наблюдали даже. Так, фрагментами, жалкими и непоказательными. Распахали просторы, линиями электропередач исчертили, заводами уставили, шахтами исковыряли. Все понятно: прогресс и все такое, но степь жалко. Нет ничего красивей ее, особенно по весне, когда цветут травы…

В своем первобытном величии степь сохранилась разве что в заповедниках. И это факт не сегодняшнего дня, раньше все свершилось. Оттого, когда классик и корифей советского кино Сергей Бондарчук взялся за экранизацию почитаемой им повести Антона Чехова «Степь» (одноименный фильм вышел на экраны в 1977 году), лучшей натуры, чем Хомутовская степь, он не сыскал.

Собственно, это и не фильм, а скорее философская притча, красивейшая, православная. Уму непостижимо, как Бондарчуку удалось сотворить такое чудесное полотно в годы атеистического доминирования. Впрочем, какая разница, что за времена? Если Господь с нами, то кто против нас?

Захар Прилепин – персона, которая вряд ли нуждается в особом представлении. Писатель, музыкант, журналист. Не так давно он гостил в Донецке и уделил внимание «Донецкому времени»

Безусловная мука

– Захар, совсем недавно ваш аккаунт в одной из соцсетей заблокировали. Причиной этому, видимо, послужила цитата из переписки Антона Павловича Чехова с литератором Алексеем Сувориным. Кроме всего прочего, в своем письме Антон Павлович в декабре 1893 года писал: «Хохлы упрямый народ; им кажется великолепным все то, что они изрекают, и свои хохлацкие великие истины они ставят так высоко, что жертвуют им не только художественной правдой, но даже здравым смыслом. Есть даже такое изречение: «факел истины обжигает руку, его несущую». Судя по всему, администрацию этой соцсети испугало одно-единственное слово «хохлы»?

– Похоже, что да: из-за одного слова, дважды повторенного… Ведь администрация сети мне ничего не объясняет, они лишь высылают ссылку на мой пост с указанием какого-то придуманного ими правила, которое я нарушил.

– Вас ограничили в возможности пользоваться аккаунтом на тридцать дней. Как будете выходить из этого положения?

– Да никаких проблем, в общем-то, и нет. Все довольно просто: я буду пересылать свои сообщения друзьям, а они будут публиковать их в сети.

– Давайте вернемся к более насущному. Вы бывали в Донбассе до войны?

– Нет, до войны мне не приходилось здесь бывать. Но начиная с сентября прошлого года я приезжаю сюда довольно регулярно. Нынешняя моя поездка, может быть, десятая по счету.

Ровно 80 лет назад в Сталино, в клубе им. Балицкого, открылся II Вседонецкий слёт литкружковцев. Приветствие слёту направил великий пролетарский писатель Николай Островский. Он призвал молодых авторов учиться, упорно овладевать знаниями и писательским мастерством и выразил надежду на то, что среди молодых писателей Донбасса есть настоящие таланты.

Для участия в слёте из Москвы, Ленинграда и Киева прибыла группа писателей и критиков. Среди них Юрий Олеша, Исаак Бабель, Александр Авдеенко, Алексей Селивановский, Дмитрий Мирский, Перец Маркиш, Вилли Бредель. На слёт приехали также молодые ленинградские поэты Решетов и Лифшиц.

Слёт продолжался три дня. Открылся он 2 декабря 1935 г. вступительной речью председателя обкома писателей С. Я. Сергеева. В этот же день был заслушан доклад Б. Коваленко "Украинская советская литература после съезда писателей".

3 декабря в клубе им. Балицкого было особенно оживлённо. Работа шла и в залах, и в фойе, и в многочисленных комнатах клуба. Газета "Соц. Донбасс" писала, что молодые литкружковцы стремились не только прослушать доклады, но и поговорить с крупными писателями и критиками. Литературные консультации проводили Ю. Олеша, А. Авдеенко, Н. Ушаков, Д. Мирский, Б. Коваленко и др.

Где-то в средине 1980-х студентом я ехал в троллейбусе 2-го маршрута и услышал интересный диалог двух пассажиров. На вопрос одного из них: на какой остановке лучше выходить – получил ответ: «На библиотеке Крупского». На недоуменное: «Какого еще Крупского?» — тут же был получен новый перл: «Того, которому памятник возле библиотеки стоит». Хмыкнув не такой уж безобидной для того времени шутке пассажира, я подумал: а почему же библиотека носит имя Надежды Константиновны Крупской? Все оказалось просто.

2 августа 1926 года на заседании Сталинского окрисполкома было принято решение о создании публичной библиотеки. За базовую приняли библиотеку клуба имени Энгельса, находившегося в здании бывшего театра братьев Тудоровских. 1 декабря 1926 года в 1700 состоялось торжественное открытие библиотеки Сталинского окрполитпросвета. Читальный зал работал ежедневно с 17 до 21 часа. Библиотекой, как указывалось в корреспонденции с места событий, могли пользоваться все граждане, члены профсоюза, их семьи и военнослужащие бесплатно. Здесь же была создана система библиотек-передвижек для обслуживания читателей отдаленных районов города. В штате библиотеки были книгоноши – распространители литературы. По данным на 1928 год в библиотеку было записано 1830 человек, из которых рабочие составили 52%, а служащие – 35%. Так как здание библиотеки было тесным, в начале 1930-х решили перевезти библиотеку в клуб им. Дзержинского (ул. Постышева, 36), откуда в 1937 году библиотека очередной раз переехала в здание на пересечении ул. Кобозева (б. Пушкина) и пр. Маяковского (пр.Маяковского, 4).

Вчера социальные сети, да и вообще СМИ буквально взорвались в связи с награждением премией Нобеля писательницы Светланы Алексиевич, пишет известный сетевой журналист и филантроп Ева Меркурьева.

Кто-то, разумеется, посчитал – тема не стоит внимания. Типа зря вся эта буря кроет небо над стаканом. Но ведь стоит же внимания! Множество людей заодно узнали, что именно писал Нобель в завещании.

Пишущая и журналистская шатия-братия, включая разных блогеров-шмогеров (и меня, в том числе) не могли промолчать. А общественность почитала и определилась в своем отношении к лауреату – некоторым хватило цитат, кто-то пошел читать Алексиевич, кто-то вспомнил про лауреатов "Русского букера" и тоже пошел читать. Все верно, на самом деле.

И та часть писателей, которую Алексиевич считает разделенной с собой, тоже должна была высказаться. Иначе не бывает. Лучше пусть дискуссии вокруг книг ведутся, чем вокруг майданов-шмайданов. Хотя литературная премия Нобеля в 2015 году и майданы – одного поля грибы-ягоды.

Сам Нобель предполагал, что литературная награда будет вручаться за выдающиеся произведения "идеалистического направления". Как по мне, к идеалистическому направлению ближе всего фантастика.

Литературная премия Нобеля, вопреки его завещанию, сегодня (и вчера тоже) вручается за книги не идеалистического, а идеологического направления.