Память

Родился Максим Громилин 18 августа 1892 г. в семье малоземельного крестьянина села Майдан Инсаровского уезда Пензенской губернии.

До 13 лет помогал отцу, а затем по поддельному паспорту своего деда ушел батрачить в Саратовскую и Самарскую губернии. Позднее стал грузчиком на волжских пристанях Вольска, Балаково, Сызрани. Побывал и на Оби, и в Барнауле — на строительстве Алтайской железной дороги.

В 1913 г. Максим был призван в армию и зачислен в Туркестанский полк. В следующем году началась империалистическая война. Сослуживцы выбрали Максима в полковой комитет. Когда началась революция 1917 г., он под предлогом болезни отбыл в дивизионный госпиталь, после чего бросил воинскую службу и уехал в город Инсар, где жили родители.

К 1917 году население поселка Юзовка с окрестностями составило более 50 тысяч человек. Главным предприятием этого конгломерата оставалось Новороссийское общество, имевшее в своем составе металлургический завод и шахты. Кроме обеспечения продовольствием всего населения требовалось еще и обеспечить его денежной массой, что в бурный 1917 год стало затруднительно выполнять. Особенно не хватало мелких купюр. Такая картина наблюдалась по всей Российской империи. И тогда государственные финансовые подразделения стали осуществлять выпуск собственных денег, исходя из потребностей. Выпустило свои деньги и Юзовское отделение государственного банка. Купюры были достоинством 1, 3, 5, 10 и 25 рублей. Напечатали их в местной типографии на обычной бумаге. Все понимали, что эта мера временная и на продолжительный период хождение денег не рассчитывали: неброская рамка, никаких рисунков (узор есть только на 25-ти рублях), никакой защиты…

Остановившись на 10 минут в Волновахе по пути в Донецке с Б.Косы возле какого-то кафе, водитель нашего микроавтобуса бойкой пташкой улетел в сторону кофе-пирожков, пенсионеры, крякая, вылезли из разморенного нутра тесного "Мерседеса" размять ноги, а я отошла от оздоровленной на жарком солнце Азовья толпы подальше покурить.

Мимо меня в сторону Б.Косы неслись автомобили. Каждый второй нес на лобовом стекле надпись "Дети". На стандартном листе А4 "Таймсом" или "Ариалом", курсивом или с завитушками, цветные и просто черные надписи. Родители явно готовились: набрав в Wordе четыре буквы, долго-долго шерстили шрифты и цвета.
Чтобы было поярче и повиднее...

Чтобы никто не выстрелил...

К слову, дети к надписям прилагались не везде. Видимо, им еще предстояло проехаться в авто с опознавательными знаками, требуя пояснений у озверевших от жары и невобразимой еще год назад ситуации родителей.

А еще - белые тряпочки на транспорте.

На автомобильных антеннах, на ручках, боковых зеркалах...

"Мы - мирные жители", мол.

Чтобы никто не выстрелил.

Из чего же делались эти белые флаги, дущераздирающе трепыхающиеся на ветру и словно кричащие "Не стреляйте!"?

Я насчитала с десяток этих белых флажков, сделанных из обыкновенных белых детских гольфиков.

Купленных заботливыми мамами задолго до 1 сентября, наверное.
Гольфики, которые девчонки-первоклашки не натянули на загорелые в последнее детсадовское лето ножки. Гольфики лежали в шкафу, дожидаясь начала учебного года. Явно где-то рядом до сих пор лежат осиротевшие белые бантики. Да и с 1 сентября все неясно.

Привязанный к антенне автомобиля детский наивный белый гольфик - это приговор всем взрослым, которые не спасли это лето.

И нечего пенять...

Яна Ткаченко

Члены ДГО В. Морев и Р. Кишкань продолжают систематизировать идентифицированные здания Юзовки на фото, предоставленных другими членами Донбасского Географического Общества. Смотрим на фрагмент панорамного фото (ок. 1911 г.) из альбома завода НРО, которым поделился В. Мартыненко. Территория, которая охватывается в данном рассмотрении лежит в пределах: юг — ул. Центральная (сегодня это территория ДМЗ), запад — ул. Кобозева (2 линия), север — пр. Садовый — пр. Дзержинского, восток — ул. Ф Зайцева (10 линия). Мы не останавливаемся на рассмотрении таких очень известных по юзовскому периоду зданиях, как Свято-Пребраженский кафедральный собор и Юзовское пожарное депо, доминирующие высоты которых были хорошо видны с любой точки Юзовки.

Идем слева-направо.

Дом Левицкой — владелица женской гимназии снимала жилье в доме в самом начале 8 линии (ул. Горького) по нечетной стороне (дом №1).

Первая юзовская синагога — здание не сохранилось, располагалось несколько южнее пересечения ул. Постышева (7 линии) и ул. Лагутенко (Большой пр.). В последнее время на этом месте располагалась территория фирмы «Эмброл».

Вот. Нашёл свой давний текст. Возможно, что кому-то будет интересно.

О Витале Старухине. Я знал его лично. И мы все переживали за него. В теперешние времена он играл бы в Манчестере - это точно. А тогда над ним просто издевались футбольные функционеры высшего звена. Он, видать, был несанкционированным идеологическим отделом ЦК кумиром. Например, Федерация вызывала в сборную, а Бесков (тренер) говорил: чего ты приехал? - езжай домой. Или, бывало, тренеры сборной говорили: он не командный игрок, на него должны играть все остальные, поэтому мы его не берём. Тогда Виталя, в играх Шахтёра, отходил в поднападающие и раздавал изумительные пасы, с которых забивали Миша Соколовский, Сергей Морозов или Володя Роговский. Он доказывал очевидное: универсальность своего таланта. Но его в упор не видели. А между тем, в каком-то спецвестнике Высшей Школы тренеров, я докопался до интервью, которое давал посетивший в те годы Союз высокий английский чин из ИХ футбольной Федерации. И на вопрос, что он может сказать о советских футболистах, он сказал: " У вас есть много неплохих футболистов и один гениальный игрок - Виталий Старухин - классический форвард английского типа. Он мог бы украсить любой английский клуб."

После завершения очередного этапа Русско-Турецкой войны, в последней четверти ХVIII века исчезла угроза вторжения в Донецкие степи крымских татар. Царское правительство было заинтересовано в скорейшей колонизации этих земель и начало их раздачу в качестве ранговых дач служилому дворянству. До того, как Юз пришел в наши края, на территории современного Донецка существовали деревни и села, принадлежавшие дворянам. Для строительства завода Юзу пришлось арендовать участок в 100 десятин у князя Павла Ивановича Ливена. Но Ливен стал землевладельцем только в 1851 году. Земли, на которых расположены Ворошиловский, Киевский, часть Куйбышевского и Ясиноватского районов – изначально принадлежали Евдокиму Степановичу Шидловскому.

Почему прижилось такое название? В 1893 году в Юзовке по инициативе священника Матвеевского было организовано Спасо-Преображенское церковное братство. Это была общественная организация, ставившая своей задачей нравственное воспитание народа. В 1896 году на 900 рублей, собранных прихожанами, Спасо-Преображенское церковное братство открыло в ограде Преображенской церкви (находилась в сквере Павших коммунаров) одноклассную церковно-приходскую школу. С 1 сентября 1901 года школа была преобразована в двухклассное училище. Росло число учеников. Возникла необходимость расширения школьного здания. Место Базарная контора «Новороссийского общества каменноугольного, железного и рельсового производства» выделило место на 9-й линии старых планов, где построили одноэтажное здание. Рядом с существующим зданием, на пересечении с Малым проспектом (пр. Павших коммунаров) стали строить новое здание училища в два с половиной этажа и квартиры для семейных учителей. Автором проекта был Ф.Ф. Булацель. Деньги на строительство нового здания в дали Святейший Синод и Бахмутское уездное земство. В 1914 году училище отпраздновало новоселье.

Речь сегодня пойдет о Четвертом (правом) притоке Кальмиуса, который впадает в главную реку города Донецка несколько восточнее Гладковки. Попасть туда можно, спускаясь по ул. Звягильского мимо школы №61 до Гладковского рынка и, приняв вправо, очутиться в самом конце ул. З. Космодемьянской. Этот водоток известен издавна, найти можно на карте Шубберта последней четверти 19 столетия.

В годы Отечественной войны в 61 школе (точнее старой части школьного комплекса) располагался военный госпиталь. Сначала советский, потом — немецкий, а после освобождения снова советский. Старожилы рассказывают, что слышали от своих родителей, будто сразу за поселком (Гладковка), ниже ул. Космодемьянской, появилось в то время кладбище. Где военный госпиталь — там и кладбище, не всем удается выжить. И что в балку в послевоенные годы часто смывало то кости, то черепа, а вездесущие мальчишки находили здесь и оружие и гранаты.

Офицеров хоронили с оружием, рассказывает мой собеседник, много было немецких штыков. Как-то старший брат с товарищами нашли 4 гранаты, бросали в балку, три не взорвались, а четвертая… Короче, попал осколок брату в плечо. Как-то приезжала немецкая делегация, искали места захоронений того кладбища. По-моему, они все нашли и забрали, продолжает мой собеседник, вытаскивая очередного окунька из пруда на Четвертом притоке, к которому выходят огороды жителей ул. З. Космодемьянской.

Театр братьев Тудоровских. В нашем городе вели свой бизнес четыре брата Тудоровских: Вульф Моисеевич, Арон Моисеевич, Исаак-Лейб Моисеевич и, видимо, их двоюродный брат, Исай Исакович. Из них купцом 1-й гильдии был только Исаак-Лейб, он же и жил в доме по 2-й линии, 62. Вульф жил недалеко в 46-м доме, а Арон – на 7-й линии, 64. Основной доход приносила торговля обувью и сапожными материалами. В частности, Тудоровские были эксклюзивными поставщиками на юзовский рынок кожаных подошв производства Таганрогской кожевенной фабрики. Исай Исакович Тудоровский имел на Базарной площади бакалейную лавку.

Здание театра было построено около 1912 года. В нем выступали многие заезжие гастролеры, местные театральные труппы ставили спектакли, а учащиеся коммерческого училища и высшего начального училища устраивали художественные вечера. Фойе заведения часто использовалось молодежью для проведения танцевальных вечеров. С установлением Советской власти здание было национализировано и превращено в городской Дом культуры им.Энгельса. Кроме кружков здесь начала работать первая городская библиотека. Во время немецкой оккупации в здании работал театр-варьете, а после войны – строительный техникум.
Валерий Степкин

Взглянем на немецкую карту военного периода. На ней вы можете видеть часть территории города вокруг Ленинского проспекта от стадиона «Шахтер» на севере до перекрестка ул. Куйбышева — ул. Кирова на юге. Обратите внимание, что на месте современной кондитерской фабрики «АВК» располагался хлебозавод, улица Кирова именуется на немецкой карте Скоморошинской, а между Ленинским пр-том и ул. Кирова располагались переулок Исторический (Gescnichts Gasse) и ул. Пекарская (Bäckerei Str.) или Бэйкер-стрит в британском стиле (улица выделена красным цветом).

Улица Пекарская упиралась у самого метзавода в хлебозавод (Brotfbr.), рядом располагалась еще и городская мельница (Mühle) — отсюда и название. Конечно, по ней не стучали о брусчатку копыта лошадей, впряженных в экипаж, лондонский туман заменяли заводские дымы от металлургического завода да и вместо доктора Ватсона здесь ходил доктор Берви, однако, все ж наша историческая достопримечательность…

Эта часть города имеет историческое название Александровка. Особенностью застройки Александровки было то, что потенциальному частному застройщику выдавали бесплатно землю, строил же он за собственный кошт. Улицы в поселке имели название 1-я Александровка, 2-я Александровка и т.д. до 10-й. Строго говоря, Александровка заканчивалась на ул. Кирова, переходя далее в Ларинку.

Дома на Ларинке строились преимущественно на средства завода НРО по проектам и в соответствии с замыслом архитектора практически только из камня. На Александровке же строили в основном саманные дома, хотя и кирпичные попадались нередко.