Архив - Авг 26, 2014

После возвращения из России и двух месяцев бесконечных дискуссий хотел бы расставить вещи по полочкам. Я знаю что написанное не понравится очень многим, пишет у себя в Фейсбуке германский журналист Мориц Гатманн.

Правда очень редко нравится, знаю по мне. Я это должен написать, потому что моя жизнь — крепко связана с Россией. И мне очень, очень грустно от того что Кремль стравливает нас с Вами. И делает это в корыстных целях, а конкретнее для сохранения своей власти.

Нам с Вами стало очень сложно друг с другом разговаривать. Потому что картины происходящего в наших головах слишком отличаются. Но правда — она НЕ где-нибудь в середине между нами. Мы (журналисты моей страны) пытаемся разобраться что происходит. Мы спорим, мы «пишем» разные картины происходящего, исходя из того что мы видим. Да, мы ошибаемся. Да, у нас бывают разные приоритеты: Я, например, критиковал и буду критиковать наши СМИ за то что слишком мало освещают гуманитарную сторону этого конфликта.

Но: Большинство российских СМИ пытается доказать что украинцы — фашисты, которые поддерживаются своими циничными западными партнерами, и что русские — добрые, которые помогают гуманитарной помощью и делают все чтобы остановить эту войну. Ваши СМИ не дают Вам адекватную картину того что происходит. Они Вам дают ответы которые Вам нравятся. Поэтому Вы верите им, даже если они откровенно лгут Вам.

Да, русские и украинцы, даже если не один народ, то одна «общность». Вы очень похожи друг на друга. Мои разговоры с местными ополченцами и майдановцами это подтверждают: Утверждения о том что так дальше жить нельзя, о народной власти, о ненависти к олигархам и политической элите — одни и те же.

Понимая что русские и украинцы — один народ, и что в этом — большая опасность для его режима, Кремль и его СМИ СТРАВЛИВАЮТ людей этого общего народа. Кремль не может допустить того чтобы украинцы после победы Майдана построили иную государственную модель, страну, которая процветает, в которой функционирует демократия, в которой народ контролирует власть. Вероятности, что это им удастся, было бы больше, если бы Россия не пыталась поставить их на колени, экономическим и военным способами.