Архив - мая 10, 2020

Футбол во время оккупации Украины

В начале октября 1941 года началась эвакуация в глубь страны промышленных предприятий областного центра, а уже 26 октября гитлеровцам удалось захватить Сталино.

Долгие годы, вплоть до перестроечных времен, было принято считать, что футбола во время оккупации в Донбассе не было. Но так ли это?

футбол в оккупированном Донецке

В вышедшей в 2012 году в Житомире монографии Владимира Гинды «Український спорт під нацистською свастикою (1941-1944 рр.)» тщательно рассмотрены соревнования проходившие на оккупированной территории Украины в этот период. К сожалению в сфере внимания оказались далеко не все области нашей страны. Характеризуя футбол «оккупационный» футбол автор монографии пишет: «Загалом за період 1941-1944 рр. на території України місцеві футболісти зіграли з німецькими, угорськими, словацькими, румунськими, італійськими військовими частинами більше 150 футбольних матчів. Із них, завдяки повідомленням тогочасної преси, вдалося встановити результати 113 матчів, 54 з яких припадало на дистрикт «Галичина», 25- «Трансністрію» і 34- РКУ. Прицьому статистика таких ігор свідчила не на користь загарбників – 61 виграли українці, 36- окупанти, і 16 завершились внічию».

Воинский путь Анатолия Бабешко

Разворачи¬вавшаяся битва за Сталинград требовала постоянного пополнения живой силой боевых соединений. 11 января 1942 года Бабешко Алексею Сергеевичу повесткой было предписано явится на хутор Зимняцкий, на сборный пункт Фрунзенского райвоен¬комата. От хутора Отрожки до хутора Зимняцкий было 18 километров. Посколько никаким транспортом доставка при¬зывников не обеспечивалась, эта печальная обязанность была возложена... на его сына, моего отца. Сложно представить чувства четырнадцатилетнего паренька, отвозящего родного отца на смертельную войну.
День был морозный, температура опускалась за -30 градусов ниже нуля. Колхоз «Сталинградская правда» выде¬лил лошадку и сани и Анатолий сам повез своего отца на сборный пункт. Потрясение от той поездки осталось у отца на всю его жизнь. Потрясена была и вся семья.

Алексей Бабешко

Три знамени Победы Евгения Халдея

С огромной радостью я снова и снова печатаю чёрным по белому одну и ту же фразу «Он наш — донбассовский». Евгений (настоящее имя Ефим) Халдей — легендарный фотокор мировой войны и Великой Победы, чей снимок «Знамя Победы над Рейхстагом» в мае 1945 года опубликовали, пожалуй, все газеты планеты. Он прошёл со своей камерой всю войну, он запечатлел эпоху: от объявления о нападении Германии на Советский Союз до самого Нюрнбергского процесса. Фотографии Халдея стали историей — историей большой красной страны и одного маленького человека, родившегося 23 марта 1917 года в Юзовке.

Даже в наш век разнообразного фотографического мусора, которым наводнены социальные сети, всё ещё можно представить, что когда-то были времена, когда за каждым снимком вместо сегодняшнего бойкого «клац-клац» и Instagram-фильтров была не просто работа, а череда невероятных преодолений. Аппаратура, в большинстве своём импортная и дорогостоящая, появлялась в продаже нечасто. Реактивы для обработки материалов готовились самостоятельно. Фотография в начале и середине XX века — процесс тонкий и трудоёмкий, как и полагается настоящему искусству, а не суррогату.

Еврейский мальчик

Первый раз Евгения Халдея хотели убить 13 марта 1918 года, когда будущему великому фотокору не было даже года. Черносотенцы ворвались в дом еврея Анания Халдея, один из погромщиков выстрелил в ребёнка, но за миг до выстрела маленького Женю своим телом прикрыла мать. Женщина погибла, мальчик был ранен в грудь, пуля прошла близко от сердца младенца, но Женю спасли. Отца и трёх сестёр Жени в тот момент дома не было, они уцелели, но во время оккупации края фашисты сбросили их в шурф шахты. О том, что родные погибли, Халдей узнал только в конце войны.

Мальчика воспитывала бабушка. В раннем возрасте у Жени проявился интерес к фотографии, из линз бабушкиных очков и картонной коробки тринадцатилетний будущий гений соорудил свою первую фотокамеру. Первый снимок — Преображенский собор возле Сенного базара, который вскоре разрушили. Первую свою фотографию мальчик проявил под бабушкиной кроватью, накрывшись одеялом и подсвечивая красным фонариком.

В 1930 году начался голод, Евгений приписал себе лишний год и пошёл работать в паровозное депо Сталинского металлургического завода, приобрёл в рассрочку фотоаппарат «Фотокор» и начал снимать заводскую жизнь. Вскоре Халдея заметил редактор городской газеты, через некоторое время юный фотограф начал работать в многотиражке «Металлист». В 1935 году молодой парень из Сталино отправил в Москву посылку с фотопластинками. Пришёл ответ — приглашение на курсы фотожурналистов. Спустя некоторое время Евгений устраивается на работу в отдел фотохроники ТАСС в Москве. Он снимал Магнитку, Днепрострой, делал репортажи об Алексее Стаханове.

22 июня 1941 года

За день до объявления Германией войны Евгений Халдей освещал мероприятия под Пензой, посвящённые столетней годовщине со дня гибели Лермонтова. Вернувшись в Москву, сделал снимок, ставший хрестоматийным символом 22 июня 1941 года.
Москва ещё жила мирной жизнью, на улицах было спокойно. Ровно в 12 часов по радио выступил Вячеслав Молотов. Через пару минут после начала выступления Молотова Евгений Халдей увидел, как на противоположной стороне улицы имени 25-летия Октября (сейчас — Никольская улица), где находилась фотохроника ТАСС, перед репродуктором собрались люди. Слушали молча, слово боялись пропустить. Евгений выскочил из-за здания и сделал снимок — первый снимок первого дня войны.

фото Евгения Халдея

О бабушке Вале

Сегодня много говорилось о героях, которые уничтожали фашистских солдат. Да будет благословенна память тех, кто ушел, и не оставит здоровье всех ветеранов, кто встретил 75-летие Победы..

Сталинград медики

Но даже во время самых кровопролитных сражений советская страна иногда ставила задачи строго противоположные истреблению противника. Так, моя бабушка в Сталинграде спасла несколько сотен немцев. А может и пару тысяч. И я этого не стыжусь.

День Победы, как яркий символ того, что все возможно

Старина Тойнби говорил про чрезмерный вызов, который не дает развиваться цивилизации. Когда угроза посильна для преодоления - идет рост. Собрались с силами, дали отпор, придумали новые технологии и шагнули вперед. А когда бороться даже нет смысла начинать, например, перед тобой неодолимая сила океана, то сидишь под пальмой в трусах или кушаешь моржа на краю промозглой тундры и геометрию придумать не можешь. Равно как и в комфортных условиях, когда с деревьев все само падает.

Для Украины, сразу к делу, чрезмерным вызовом является Хаос, постоянный обитатель здешних земель. Пиком собственной украинской цивилизации очевидно стало казачество, родившееся как ответ на вызов степной угрозы. Обитавшие здесь люди научились выживать в условиях, когда нет смысла думать длинными проектами и строить что-то для внуков - все равно разрушат. Поэтому здесь вы не найдете семейных ресторанчиков со столетней историей, рецептов веками возделываемого сыра или уникальных пород овощей и скотины. Живем одним днем.

Зато любая внешняя сила легко добивалась здесь успеха.

вКонтакте | в FaceBook | в Одноклассниках | в LiveJournal | на YouTube | Pinterest | Instagram | в Twitter | 4SQ | Tumblr | Telegram

All Rights Reserved. Copyright © 2009 Notorious T & Co
События случайны. Мнения реальны. Люди придуманы. Совпадения намеренны.
Перепечатка, цитирование - только с гиперссылкой на https://fromdonetsk.net/ Лицензия Creative Commons
Прислать новость
Reklama & Сотрудничество
Сообщить о неисправности
Помочь
Говорит Донецк